Анна ВОЛКОВА
В этом здании находилась секретная разведшкола Коминтерна.
К сожалению, сейчас это здание выглядит вот так.
Недавно радушная кушнаренковская земля встречала весьма представительную делегацию — участников Международной научной конференции «Коминтерн и II мировая война: уфимское и всемирное измерение», приуроченную к 100-летию основания Коминтерна и 100-летию Республики Башкортостан. В ее составе были историки из Великобритании, Франции, Москвы и Санкт-Петербурга. Собрал их всех в Уфе известный тележурналист, заместитель гендиректора телеканала «Россия», президент Института Беринга-Беллинсгаузена Сергей Брилёв.
То, что местом проведения выбрана Уфа — не случайно. В 1941—43 гг. именно в Уфе находился в эвакуации Исполком Коминтерна, в который входили видные политические деятели того времени: Георгий Димитров, Пальмиро Тольятти, Вильгельм Пик, Долорес Ибаррури, Вальтер Ульбрихт и другие. Из Уфы на 18 языках на страны Европы вещали антифашистские радиостанции Коминтерна. И хотя каждый диктор начинал свою речь традиционным: «Говорит Москва!», на самом деле эти слова звучали с пятого этажа здания Дома Связи на улице Ленина. Коминтерн призвал коммунистов всего мира перейти к активной борьбе с фашизмом. С этой целью была создана секретная спецшкола для подготовки разведчиков-диверсантов.
Ученым-историкам было любопытно посетить место, где располагалась эта школа и своими глазами увидеть старинное полуразрушенное здание, возвышающееся над селом Кушнаренково. Оно было построено 200 лет назад для хозяина здешних мест помещика А.С. Топорнина. В 1865 году Топорнины продали свое имение чаеторговцам Грибу-шиным. В 1918 году здесь разместился приют для детей из Петрограда. При усадьбе сохранился плодовый сад. В 1926 на его базе был открыт опорно-помологический пункт, сейчас — это селекционный центр по плодово-ягодным культурам и винограду БашНИИСХ. Сюда приехали работать супруги Стреляевы. Василий Павлович был назначен заведующим, а Лидия Николаевна всю свою жизнь посвятила выведению морозоустойчивых сортов винограда. В 1931 году здание передали плодоовощному техникуму (Сейчас — это Кушнаренковский сельскохозяйственный колледж). Осенью 1941 года техникуму было приказано перебраться в другое помещение. А старинные стены заполнили курсанты разведшколы — молодые парни и девушки, горевшие желанием реально бороться с фашизмом в своих странах. В далеком от фронта селе молодые люди разных национальностей (немцы, австрийцы, испанцы, поляки, чехи, болгары, словаки, итальянцы, французы) обучались ведению радиопропаганды, разведовательно-диверсионной работе и организации партизанского движения.
Но почему именно Кушнаренково? Это в наши дни поездка занимает примерно час. В сороковые годы прошлого века было иначе. Немецкий историк Вольфганг Леонхард отмечал: «Кушнаренково маленькое местечко, километрах в шестидесяти к северо-западу от Уфы. Железнодорожного сообщения не существовало, летом его заменяла пароходная линия, а зимой санный путь. Это было, несомненно, идеальное место для политической школы, которая не должна была обращать на себя внимания и ученики которой не должны были иметь никакой связи с внешним миром». Сам он в то время добирался до села на пароходе почти 10 часов.
В немецкой группе обучался легендарный Маркус Вольф, впоследствии ставший руководителем разведки ГДР «Штази». Он вспоминал, что кроме практических навыков разведывательного дела, курсанты изучали работы классиков марксизма. Некоторые из этих книг до сих пор хранятся в библиотеке колледжа. На них сохранился круглый штамп «Библиотека Коминтерна», карандашные пометки, переводы слов, иностранные имена-подписи на формулярах.
Большинство предметов курсанты изучали в своих национальных группах по 15—20 человек, а лекции по особо важным темам слушали все вместе. С положением дел на фронте их знакомили руководящие работники Исполкома Коминтерна. Иногда они прилетали на самолете. Филиал Уфимского парашютно-планерного клуба был расположен как раз в Кушнаренково. М.Н. Казикаев (тогда председатель райисполкома) вспоминал, как встречал на аэродроме Пальмиро Тольятти, Георгия Димитрова и других. Зимой добирались до села на санях. А.И. Антипов, за—меститель руководителя школы Коминтерна по вопросам молодежи, делился своими воспоминаниями: «Приходилось нашим товарищам в зимнее время ездить в Уфу или приезжать в Кушнаренково, и всегда в пути с доброжелательностью пускали обогреться в избы, всегда угощали чаем, хотя мы видели, как трудно жилось в то время старикам, женщинам, детям».
Вальтер Ульбрихт приезжал в Кушнаренково не только читать лекции, но и навестить свою семью. Через 15 лет в 1957 году его встретила Л.Н. Стреляева в санатории в Карловых Варах. Она подойти постеснялась: все-таки руководитель ГДР, но он подошел сам, спросил: «Где я мог видеть вас раньше?» А когда услышал: «В Кушнаренково», вспомнил и сердечно обнял Лидию Николаевну. «В войну мы с его семьей в соседях жили, он приезжал по коминте-ровским делам и семью, конечно, навещал».
Не раз бывала в спецшколе Долорес Ибаррури А.А.Троицкая, которая присматривала за двухлетним малышом Хосе, пока его родители были на занятиях, вспоминала, как однажды во дворе школы проходил митинг, на котором выступала Ибаррури. «Мне было-то 13 лет, что я понимала в политике, но до сих пор помню, как ярко и зажигательно она говорила. Недаром её называли Пассиона' рия — пламенная».
5 февраля 2019 года Кушнаренково встретило гостей бодрящим морозом в 25 градусов, который послужил яр' кой иллюстрацией жизни коминтерновцев. Одно дело читать в тиши уютного кабинета в теплой Европе о холодных зимах Башкирии. И совсем другое дело почувствовать это самому, стоя на высокой горе на ветру и морозе. Впрочем гости провели на холоде совсем немного времени (пока шла съемка репортажа), а вот коминтерновцам пришлось пережить две суровые башкирские зимы. Об этом вспоминал М. Вольф: «Чтобы сохранить школу в рабочем состоянии в суровую зиму 1942/43 года, нам пришлось вырубить прекрасную аллею из старых дубов, шедшую через овраг к усадьбе. Колоть дубовые чурки топорами и клиньями было ужасно трудной работой». Изрядно продрогшие иностранцы признавались, что теперь лучше представляют себе условия, в которых шла подготовка будущих разведчиков, о работе которых на оккупированной территории эти ученые собрали обширный материал.
Чтобы помочь местному населению из курсантов школы создали бригаду, которая ремонтировала сельхозтехнику. «В деревне оставались только женщины, дети, старики и инвалиды войны. Во время уборки урожая, обученные слесарному делу из нашей среды, ремонтировали тракторы и комбайны, остальные помогали на уборке», — вспоминает М Вольф. Житель села Е.А. Муромцев с гордостью рассказывал, как ему, четырнадцатилетнему подростку, дали ответственное задание: возить в бочке питьевую воду на ток, где работали иностранцы. А испанцы, итальянцы и французы дружно работали у «мадам Стреляевой» на винограднике который напоминал им далекую южную родину.
Конечно, курсанты школы понимали, на что идут. Но как рассказывал М. Вольф, «молодость брала свое». Из подручных средств был создан оркестр и по субботам устраивались танцы. М.А. Сатюкова, работавшая поваром в столовой коминтерновцев, вспоминала, как вечерами к ней забегали немецкие и испанские девчата, быстренько помогали прибраться на кухне и просили научить русским песням. Возникали и взаимные симпатии. А где любовь там и поэзия. Среди книг, оставшихся в библиотеке колледжа от разведшколы, есть и сборники стихов В. Брюсова, А. Жарова, А. Решетова, В. Казина. Произведения классиков марксизма-ленинизма они изучали «по программе» а стихи — по зову сердца.
Те, кто уже был готов к выполнению заданий, покидали Кушнаренково тоже по воздуху. А.Е. Салий (в те годы зампредседателя райисполкома) рассказывал, что несколько раз ему приходилось отвозить на аэродром молодых людей. «В сани садились 2-3 молчаливых молодых человека в маскхалатах. У них были очень серьезные сосредоточенные лица». Наверное, именно в эти минуты они осознавали всю серьёзность и ответственность дела, за которое взялись, пытались заглянуть в будущее. К сожалению, не для всех оно наступило. Якубу Александровичу удалось создать в Польше подпольную организацию, передававшую сведения о передвижении немецких войск и совершавшую диверсии на железных дорогах. Теодор Винтер, Кэтэ Нидер-кирхнер, Генрих Кёнен были заброшены на территорию Германии с заданием войти в одну из нелегальных групп «Альта» знаменитой «Красной капеллы». Они установили связь, но вскоре были арестованы и казнены. Ещё в ноябре 1949 года в журнале «Смена» были опубликованы впечатления Алексея Маресьева о его поездке во Францию, где в то время шёл фильм «Повесть о настоящем человеке». Восхищаясь подвигом Маресьева, французы рассказали и о своих героях. Особенно запомнилась ему судьба одной из них: «Скромная, тихая девушка Франсин Фромон знала много секретов, связанных с деятельностью подпольной организации Сопротивления. Когда её взяли немцы, она молчала несмотря ни на какие пытки. На её глазах пытали её мать Но она молчала. Мать умерла под пытками. Но она молчала. Её расстреляли за две недели до освобождения Парижа». И вот теперь мы точно знаем, что к нелегальной работе Франсин Фромон готовилась в Кушнаренково.
Летом 1943 года было принято решение о роспуске Коминтерна. Техникум вернулся на прежнее место, а на память о секретной школе остались книги. И здесь нужно отдать должное работникам библиотеки, которые сумели сохранить до наших дней эти бесценные реликвии, не списали за давностью и ненадобностью, не сдали в макулатуру эти с виду весьма потрепанные и пожелтевшие книги. В 1975 году построили новый четырехэтажный учебный корпус. В 1981 году в старом здании был создан музей, куда часто приезжали на экскурсию делегации из соцстран. В 1983 году здание передали профтехучилищу. Через 10 лет в нем случился пожар.
Хочется надеяться, что со временем найдутся средства на восстановление исторического здания и музея, а на площади перед входом будет установлена стела с именами тех молодых людей, которые в годы войны проходили здесь подготовку, а затем внесли свой вклад в общее дело победы над фашизмом и освобождения Европы. Они заслужили, чтобы мы о них помнили.