В 1946 году получило развитие “трофейное дело” – кампания органов госбезопасности СССР, развернутая для расследования злоупотреблений среди высших офицерских чинов.
Во время войны Иосиф Сталин закрывал глаза на то, что творили войска на чужой территории.
Известен такой случай: на одном из банкетов генерал Константин Телегин передал, что полководец Георгий Жуков обещал дать три дня воли после овладения Берлином. В ответ на это генерал Зарянов переспросил: “Значит, была дана команда грабить и убивать?”. Телегин, испугавшись, что сказал лишнего, пролепетал: “Нет, нами велась строжайшая борьба с мародерством”. Очевидно, вирус мародерства уже распространился к тому моменту на всю армию.
В конце концов по счетам пришлось платить всем, в том числе и Жукову. Сколько же он привез из Европы в Советский Союз? Публицист Борис Соколов подробно разобрал его дело.
По докладу от августа 1946 года утверждалось, что на таможне задержано семь вагонов с 85 ящиками мебели – все принадлежало Жукову. Оказалось, что он пытался привезти в СССР спальню для дачи из карельской березы, стол из полированного ореха, гостиную красного дерева, и многое другое, знакомое советским гражданам по выставкам иностранной мебели и западным кинофильмам.
Согласно расследованию по “трофейному делу” вскоре у Жукова в московской квартире был проведен обыск: там была найдена шкатулка с 24 штуками часов, в том числе 16 золотых и 3 - с драгоценными камнями, 15 золотых кулонов, в том числе 8 с бриллиантами. Не уточняется количество, но описи подверглись и другие золотые вещи – портсигары, браслеты, серьги.
На следующий день обыск прошел и на даче в Рублево под Москвой. Там был более удачный улов: свыше 400 метров шелка, парчи, бархата и другой ткани, 323 шкуры мехов соболя, обезьяны, лис, каракуля, 35 шкур коз, 44 дорогостоящих ковра, 55 ценных картин классической живописи, семь ящиков дорогостоящих сервизов, два ящика серебряных столовых гарнитуров и чайных приборов, восемь аккордеонов с богатой художественной отделкой, 20 уникальных охотничьих ружей фирмы Голанд-Голанд и других.
Отдельно отмечено, что над кроватью Жукова на даче висело художественное полотно с двумя обнаженными женщинами. Его дача описана как антикварный магазин или музей.
Спустя сутки Жукову пришлось давать письменные объяснения по тому, как у него появилось столько заграничных товаров. Он постарался преуменьшить свою вину, признав, что был не прав:
“Я признаю серьезной ошибкой то, что много накупил для семьи и своих родственников материала, за который платил деньги, полученные мною как зарплату”.
Часть драгоценностей он назвал подарками от госорганизаций и друзей-союзников, а мебель и ковры собирался использовать на своей даче и в кабинете, которые официально принадлежат Министерству госбезопасности: “Я считал, что все это поступает в фонд МГБ”. Отдельно по картинам Жуков отдавал распоряжение отдать их в музей. Но оно так и не было выполнено. Разумеется, по не зависящим от него обстоятельствам.
Хотя все объяснения маршала выглядели нелепо, под суд он не попал. Маршал был нужен Сталину. Но основную часть имущества все же изъяли. За исключением загадочного чемоданчика с драгоценностями, который так и не нашли - о нем мы расскажем в следующих публикациях. По слухам, он и был главной целью кампании против Жукова.