– Достань вторую подушку тоже. А лучше и третью сразу, чтобы не осталось пустых мест.
– Я думала, мы будем спать на одной, так ведь намного уютнее?
– Уютнее, вот только в прошлый раз мне было не очень уютно спать на голой обшивке багажника, когда ты во сне вытолкнула меня с нашей единственной подушки. - Ну не мог же я подвинуть её, когда она так мило сопела, уткнувшись в подушку носиком.
– Ну лааадно, держи свои подушки, так уж и быть. - В её голосе отчётливо чувствовалось желание повторить ту ночь.
Пока я возился с костром, она продолжила украшать салон потрёпанного годами Лэнд Крузера, который достался мне от отца. Мне всегда казалось, что на этой машине можно уехать куда-угодно, и она вынесет на себе всё. И мы уезжали. Всё дальше в лес, всё выше в горы, всё глубже в материк. Вот и сейчас, мы остановились на очередной ночлег по пути к знаменитым норвежским фьордам.
– Взгляни на это небо! - воскликнула она, вылезая из салона, вся обмотанная гирляндами.
Бескрайнее воздушное пространство окутала лёгкая дымка, а фиолетовый цвет неба окрашивал местность в магические сиреневые оттенки. Я положил ещё одну сухую ветку в костёр и обернулся, вид открылся и правда изумительный. Такие цвета обычно используют при отделке номеров для молодожёнов, но это почти всегда выглядит пошло и вычурно. Однако, когда за дело берётся природа, ей всегда удаётся подобрать такие оттенки фиолетового и голубого, что хочется бросить все дела и следить за каждым изменением света, не упуская ни единого, даже самого незаметного, изменения в палитре безумного градиента.
Спустя примерно час, мы уже сидели в обнимку на мягких одеялах в уютном багажнике внедорожника цвета кипрского бриза, попивая красное полусладкое и наслаждаясь закатом, который к тому времени уже стал густо-розовым.
– Знаешь, итальянцы любят повторять: "anni amori e bicchieri de vino nun se contano mai" оправдывая свой весьма вольный образ жизни, но в такие моменты я с ними даже согласен.
– А что это значит?
– Годы, любовников и бокалы вина не нужно считать. И ведь не скажешь, что они не правы.
– Дааа уж, они те ещё романтики. - с ухмылкой протянула она. – А ещё не нужно вести счёт литрам бензина, которые ты вливаешь в этого прожорливого монстра!
– У него вполне здоровый аппетит здорового, тридцатилетнего внедорожника! - парировал я, но подсознательно соглашался, потому что расход был действительно неприлично большим.
Мы ещё некоторое время продолжили осуждать Крузер и обсуждать вино, параллельно набивая рот сочными кусками горячего шашлыка. Вечер был изумительный.
На небе уже зажигались первые звёзды, но они отнюдь не согревали ночную землю, поэтому мы всё больше укутывались в плед. Я потянулся, чтобы закрыть багажник, но она попросила оставить верхнюю часть открытой, чтобы аромат ночи мог свободно гулять по салону. Затем, отложив пустые бокалы в сторону, мы наконец откинулись на три мягкие подушки, завершая тем самым очередной день нашего путешествия. Я слышал, как она потихоньку начинала сопеть, всё больше погружаясь в объятия Морфея. Светлые волосы скрывали от меня почти половину её прекрасного лица, поэтому я осторожно провёл рукой по щеке, пряча за ухом прядь бледно-золотых волос. Она наморщилась и ещё больше укуталась в плед. Мне так повезло, что я люблю её. Хоть мы и не выбираем будет нам в итоге больно или нет, но у нас есть возможность выбрать, кто именно причинит эту боль. И я своим выбором доволен.