Вернеру Кристукату, 89 лет, было предъявлено обвинение в участии в бой-не 1944 года, совершенной эсэсовцами в Орадур-сюр-Глане. По его словам, активного участия он в этой операции не принимал. Но спустя семьдесят лет фактов стало больше и доказательства неопровержимы.
Вернер Кристукат
«Был этот мальчик», - говорит Вернер Кристукат. «Он спустился по холму. Маленький белокурый мальчик с велосипедом, он хотел пройти мимо меня в деревню. Я до сих пор могу точно это представить. Я остановил его и хотел прогнать, но потом подошел начальник младшего отряда и начал кричать на меня ... "
Описанные Христукатом события произошли почти 70 лет назад, однако забыть их он так и не смог. С тех пор, как нацистские охотники в прошлом году нанесли ему визит, в его памяти постоянно стали всплывать события прошедших лет: днем, когда он сидит в солярии в своем вязаном жилете, окруженном фотографиями его внуков и ночью, когда он без сна бродит по своему темному дому.
Полк СС "Der Führer"
Все возвращается. «Не проходит ни одной ночи, когда я не думаю об Орадуре. Передо мной все еще та церковь, которая проглядывается сквозь верхушки деревьев. Я слышу взрыв, а затем крик женщин и детей… Я не могу выбросить это из головы. Мне было ужасно жаль их. Но самое страшное, что я не смог спасти мальчика».
Летом 1944 года Кристукату было 19 лет, он был пулеметчиком из Ваффен-СС и выполнял приказы своего начальства. Он только что прибыл во Францию. «Моя честь - верность. Немецкий солдат сражается по-рыцарски», - говорит он. «Я верил в это от Адольфа Гитлера».
Теперь Кристукат снова представляет себя под серым небом Орадура, стоящим с автоматом на улице. Или это была грунтовая дорога? Добрался ли он до окраины города пешком или на грузовике? Он вспоминает, как спас двух женщин, прогнав их прочь. Но доказать этого он не может.
Следователи не верят ему. Они показали ему список где значилось его имя и запутали его своими вопросами. С тех пор он морщит лоб, словно решая кроссворд, но чем дольше он пытается его решить, тем труднее становится сопоставить факты. Однако на карту поставлена его жизнь и вопрос о его виновности.
Подразделение, в котором служил Кристукат - 3-я рота 1-го батальона мотопехотной дивизии СС "Der Führer" - 10 июня 1944-го года вошло в юго-западную французскую деревню Орадур-сюр-Глан. Солдаты согнали всех жителей деревни: мужчин за-стрелили, женщин и детей заперли в деревенской церкви, а затем бросив внутрь ручные гранаты, со-жгли церковь до основания.
Они со-жгли всю деревню, включая всех ее жителей - 642 человека из которых по обвинительному заключению было опознано 181 мужчин, 254 женщин и 207 детей. Многие из них сго-рели за-живо.
Обвинительный акт в почтовом ящике
Это была одна из самых страшных расправ, совершенных эсэсовцами в Западной Европе, и мотивы этого остаются неясными. Орадур по-прежнему остается острой проблемой во франко-германских отношениях. Кристукат вспоминает что смотрел по телевизору, как федеральный президент Германии Йоахим Гаук шел по руинам деревни рука об руку со своим французским коллегой. Гаук попросил прощения и сказал: «Я разделяю горечь по поводу того, что убийцы до сих пор не предстали перед судом. Я расскажу об этом в моей стране, я не буду молчать».
За три дня до Рождества Христукат нашел обвинительное заключение в своем почтовом ящике, спустя 70 лет после этих событий. Кристукат, бывший прораб, ныне 89-летний вдовец и отец двух дочерей, подозревается в причастности к убий-ству в людей в Орадуре. Обвиняющая сторона считает, что он помогал уби-вать женщин и детей, занося «легковоспламеняющиеся материалы в церковь», согласно обвинительному заключению.
В целом ему предъявлено обвинение в причастности к убий-ству в 25 эпизодах и подстрекательстве к убий-ствам нескольких сотен других жителей этой деревни.
Новости об обвинении быстро распространились. Die Welt, Радио Ватикан, Hürriyet, El País - все об этом сообщили: «Последние живые убий-цы», «монстр СС из Орадура». Даже в Китае люди читают об этом.
Теперь районный суд Кельна должен решить, можно ли считать доказательства достаточными, чтобы Кристукат предстал перед судом. Глядя на этого дружелюбного и веселого старика, щурящегося под оправами очков трудно представить его жестокого приспешника СС. Если бы не Орадур.
«Я всегда чувствовал себя виноватым», - говорит Кристукат. «Я был там. Я не мог предотвратить это. Но я никого не уби-вал. Я даже ни разу не выстрелил…».