Недостаточно, чтобы преуспеть; другие должны потерпеть неудачу. (Гор Видал)
Злоба - это игра в покер или теннис; вы не играете с кем-то, кто явно уступает вам. (Хильде Шпиль)
Эмоция удовольствия от чужого несчастья (Schadenfreude на немецком языке) обычно считается морально злой. Это часто считается менее приемлемым, чем зависть , которая считается смертельным грехом. Казалось бы, морально более извращенно быть довольным несчастьем другого человека, чем быть недовольным удачей другого человека. На самом деле Артур Шопенгауэр утверждает, что чувствовать зависть - это человек, но наслаждаться несчастьем других людей - это дьявольское. Для Шопенгауэра несчастье, связанное с удовольствием других, является худшей чертой человеческой натуры, поскольку оно тесно связано с жестокостью. Я считаю, что как только мы лучше поймем эту эмоцию, она станет более естественной и приемлемой.
При описании несчастья в удовольствии других людей нельзя оспаривать две особенности: наше удовольствие и несчастье другого. Эти особенности описывают существенный конфликт между нашей положительной оценкой ситуации и отрицательной оценкой другого человека. Этот конфликт указывает на наличие сравнительного, а иногда даже конкурентного беспокойства. Основная причина того, чтобы быть довольным несчастьем другого человека, заключается в том, что несчастье этого человека может как-то принести нам пользу; это может, например, подчеркнуть наше превосходство.
Недостаточно охарактеризовать несчастье в удовольствии других, как в том числе наше удовольствие и несчастье другого. Я хотел бы предложить три дополнительных типичных характеристики: (а) считается, что другой человек заслуживает несчастья, (б) несчастье относительно незначительно, и (в) мы пассивны в возникновении несчастья другого.
(а) Главной чертой несчастья - удовольствия других является уверенность в том, что другой человек заслуживает ее несчастья. Например, если вы застряли в пробке, если водитель проезжает по правому краю с жестким плечом, наш гнев сменится удовольствием, когда мы увидим, как полицейский дает водителю билет. Вера в то, что другой человек заслуживает своего несчастья, выражает наше предположение о том, что справедливость была восстановлена, и позволяет нам быть довольными в ситуации, когда нам кажется, что нам грустно. Более того, эта вера представляет нас как мораль люди, которые не хотят обидеть других людей. Чем более заслужено несчастье, тем более оправдано удовольствие. Норман Фезер показывает в исследовании отношения людей к падению высокопоставленных лиц, что падение было встречено с положительным одобрением, когда падение было признано заслуженным, но реакция была отрицательной, когда падение было признано незаслуженным.
(б) Еще одна характеристика несчастья, связанного с удовольствием других, связана с незначительным характером несчастья. Эта характеристика связана со сравнительной озабоченностью, преобладающей в этой эмоции. Сравнение возможно, когда две стороны не слишком далеко друг от друга, когда считается, что они принадлежат к одной и той же сравнительной структуре. Соответственно, удовольствие в чужом несчастье связано с небольшими различиями. Когда несчастье велико, несчастье от удовольствия от других часто превращается в жалость. Например, если наш шумный, невнимательный и снобистский сосед узнает, что у его жены роман, мы можем почувствовать некоторое удовольствие; однако, если его дочь серьезно заболеет, мы с большей вероятностью почувствуем сострадание или жалость. Мы можем признать, что в некоторых обстоятельствах несчастье другого может быть серьезным, но это все еще не значительно серьезнее, чем это, причиненное этим человеком другим людям, особенно нам и тем, кто связан с нами. Некоторые могут быть довольны, когда убит жестокий диктатор, как и многие румыны, когда казнили Чаушеску, потому что такое убийство кажется вполне заслуженным, учитывая то, что Чаушеску сделал со своим народом.