Вернувшись с обеда и зайдя в кабинет, я учуял запах сигаретного дыма. Видимо мой шеф услышал, как я открыл дверь и выполз мне навстречу в приемную с сигаретой в руках. Депутат областной думы, не стесняясь дымил у себя в кабинете и судя по датчикам пожарной сигнализации, курить в здании не приветствовалось. Анатолий Германович был красный как рак и уже изрядно бухой.
- Олежа, ты вернулся! А у меня так давление что-то подскочило, пришлось рюмочку коньячка хлопнуть.
«Да судя по твоей роже, тебе пришлось как минимум 0,7 выжрать», - подумал я, но вслух сказал другое.
- Да-да, понимаю, со здоровьем надо быть аккуратней, я слышал сейчас очень сильная магнитная буря.
- Это ты прав! Я прямо её всем телом чувствую! Эту бурю, мать её! - Толик неуклюже поводил рукой в воздухе, изображая смерч. – А ты мне ничего пожрать не принес? Я же вроде просил..
- Нет, Анатолий Германович, не просили, но я могу сбегать обратно в «Север», купить что-нибудь? – Идти я никуда не хотел, но подумал, что он все равно не будет есть пищу из столовой ни при каких обстоятельствах, а послать меня в другое место у него не хватит сейчас мозгов. Слишком пьяный.
- «Север»? Нет, сами там жрите.. А вообще.. там шаурмы не было случайно? Очень захотелось шаурмы.
- Нет, шаурмы точно не было. Но были котлеты.
- Понятно. Позвони тогда в ресторан «Маленькая Италия», закажи мне две..не, давай три карбонары и литр морса. Платить не надо, скажешь дословно: «В здание обл. Думы, депутату Шманько», они всё поймут. Телефон сам загугли. Всё понял?
- Вроде да. – Примерно в этот момент я начал догадываться, что заниматься на этой работе я буду в основном какой-то неведомой х***й, а не делами государственной важности.
Толик удалился в свой кабинет и уже из-за дверей заорал голосом раненного бизона: «И скажи им, что бы привезли эти ср***е макароны через полчаса!».
Остаток дня я провел тупо глядя в стену, иногда звонил телефон, на все звонки я отвечал, что «Анатолий Германович в полях и не может сейчас подойти» и всех это жутко бесило. Сам депутат кажется проспал весь день и выходил только один раз, чтобы забрать свои «ср***е макароны». В 6 вечера я робко постучался, дабы удостовериться, что я свободен и могу уйти, но в ответ услышал только легкий храп.
Господи, куда я попал?