…Водкин упорно молчал. Он не желал более вступать в какой-либо контакт с упрямым типом в сером, который вот уже больше часа нагло стоял на месте, не уступая ему, добропорядочному гражданину, дорогу. Как ни просил его Водкин, тот ни в какую не соглашался двинуться с места.
-Ну как вкопанный, ей-богу! Это ж надо быть таким непробиваемым и бесчувственным, начал он свой очередной монолог, — чтобы не слышать, как нормальные люди, уставшие, обессиленные, хотят пойти своей дорогой! Стоят тут, понимаешь, всякие гуляки и нарушают общественный порядок! Нет бы в сторону отойти, какой там?! Стоит!
А ты знаешь, милейший, как тяжело было достать последнюю заначку жены и вынести из дома? Ты понимаешь, какой это риск? А ежели водки в ближайшем ларьке не окажется? Это ж придется за ней плестись до следующего магазина! Это, брат, великий труд!
Ноги-то меня уже плохо носят, вот какие припухшие! Ну вылитое дрожжевое тесто, ей-богу, хоть сейчас пирожки пеки! — и в подтверждение своих слов дрожащими пальцами, под ногтями которых покоился недельный слой грязи, стал одну за другой закатывать штанины брюк.
-Вот оно как сложилось, изверг ты треклятый, а ты не хочешь понять мужика. Тридцать пять лет по земле хожу, а такого, как ты, не видал никогда! Тьфу ты! — кричал добропорядочный гражданин, все более распаляясь, то и дело, сплевывая на землю и обнажая ряд сгнивших зубов. Но странный тип в сером хранил ледяное молчание.
-Ну все! — воскликнул доведенный до кондиции Водкин, решительно засучивая рукава старой клетчатой рубахи, выпятив нижнюю¸ рассеченную в недавней драке, губу. — Сейчас я поговорю с тобой как мужчина с мужчиной!
Покраснев от праведного гнева, выпучив глаза с желтыми белками, сопя носом, он кинулся на серого типа. Этот марш-бросок дался ему нелегко. Со стороны господин Водкин совсем не походил на грозного орла, снизошедшего с небесных высот до простого смертного хама. Но ему думалось иначе.
В голове у него звучал голос его давней собутыльницы Маньки, которая, запрокинув голову назад, смеялась и хрипло кричала «Герой, герой!», когда он, Толик Водкин, заливал в глотку очередной стакан с любимым напитком.
Грудь противника оказалась твердой как скала, и драчун отскочил от него как резиновый мячик и рухнул на землю. Перед глазами все померкло. Лицо воображаемой Маньки слилось с грязным асфальтом, а в голове раздавался колокольный звон…
Так бесславно и прозаично закончился очередной подвиг «настоящего мужика».
-Ишь, нализался-то как, каналья! Семь утра, а он уже готовый! Это ж до каких чертиков надо допиться, чтобы с фонарным столбом драться! — изрекла полная дворничиха, сотрясая воздух новенькой метлой. И, что-то бормоча под нос про спивающуюся страну, продолжила свое благородное дело.
Водкин этой сентенции не слышал. Он лежал на асфальте без малейших признаков сознания. Анатолию снился еще мокрый, блестящий от рассола, пупырчатый огурчик и добротный, граненый стакан с водкой.
Источник: ИА "ВК Пресс"