Я уже сейчас и не вспомню, в какой момент это случилось, помню лишь, что было глубокой и поздней тихой ночью, когда ничто не могло нарушить тишину и покой сна, и даже деревья стояли тихо, еле-еле шелестя своей листвой. В такой день я возвращалась домой после гостей. Точнее меня подвезли на машине до дома, а дальше оставалось всего-то метров пятьдесят пройти, и будет мой подъезд. И что-то в глубине души мне говорило, чуть ли не кричало, о чем-то для меня важном, нужном. Дрожь пробежала от самых кончиков волос до кончиков пальцев. Неожиданно я остановилась. На крыльце подъезда сидела девушка лет 18-ти и, сжимая ноги к себе, тихо плакала. Она издавала как-будто сияние от своего тела, такое, как можно подумать, что она милый и прекрасный ангел, спустившийся на землю. Мне было больно смотреть на нее: ее милые ручки обхватывали ножки, личико, такое нежное и красивое, было покрыто хрустальными слезинками, по которым я будто прочитала, как ей сейчас больно. Эта боль была необъяснима, невозможно передать словами, что я чувствовала, когда увидела ее слезы, мое сердце болело, налитое страданиями, переживаниями, всем тем, что нельзя описать, лишь можно почувствовать, когда тебя бросает самый близкий, самый родной человек, которому готова отдать все до последней капли, до самой последней секунды своей жизни, лишь бы он был рядом... только он один рядом, и никого другого не надо.
Я посмотрела на нее, присела рядышком и спросила:
- Малышка, что случилось? Кто тебя обидел?
- Он бросил ее, оставив в одиночестве. А он ей сейчас очень нужен. Она была всем для него, была разной, была единственной... быть может единственной. Она любила его больше, чем саму жизнь, хоть и жизнь ей дорога. Он бросил ее, а ей больно.
Я чувствую эту боль, она прожигает мое сердце, в венах испепеляет огонь, делая мучительно больно, - сквозь слезы сказала девушка хрипловатым голосом.
- Но в жизни ведь есть такие моменты, когда люди понимают, что чувства угасают и нет больше той искры, которая была раньше, и они расстаются. Быть может просто не судьба, - начала я утешать ее.
- Нет, они любили... Их любовь была прекрасна, настолько прекрасна, что можно было завидовать. Но все так резко изменилось. Все резко стало другим. Я не могу этого объяснить.
- Люди встречаются, у них бывают разные конфликты. Может просто устали друг от друга?!
- Да, быть может так, но я не верю, точнее верить не хочу, что они не вместе, они должны...
Тут она резко замолчала, переведя свой взгляд на меня. На секунду я поймала его, который кричал от боли, от ужаса. Потом она встала и продолжила:
- Она говорит себе, что больше не любит его, в сердце ненависть, боль и... любовь, которая сильнее всего. Только он понять этого не может, хотя просто не хочет. Я хочу, чтобы они были вместе... Вместе и навсегда, одно целое, одна половинка, но одной справиться не в силах мне. Любовь сильна, и вместе с тем совсем беспомощна.
- Время пройдет, раны залечатся, они найдут себе другую половинку, и просто посмеются над прошлым. Все будет хорошо, я в это верю. Не грусти, малышка, уже поздно слишком, пора домой, - ответила я.
- Да, я пойду, в попытках как-нибудь унять боль свою, буду брести по ночным улицам города, быть может повстречаю подругу ненависть, может поможет забыть страданья, и его... любимого. Я пойду, Татьян. Не забывай его, пусть и поступил подло, но ты была с ним счастлива. Не забывай, прошу!
И она исчезла, как только я встала, и только потом поняла, что это была любовь... Моя истерзанная болью любовь.
Автор: я