- Улицу, на которой мы жили, называли «вороньей», - говорит Шахида эби Гилязетдинова из Лашманки, которой на днях исполнилось 90 лет.
- А если так и напишу в газете, не обидитесь?
- А зачем обижаться, ведь нет человека, который бы не знал нашего прозвища, - ответила Шахида эби с улыбкой.
Она вышла замуж за своего односельчанина Сруретдина, приехавшего в отпуск. Вновь проводила в армию и еще три года ждала в доме свекра и свекрови его возвращения. Он, младший сын, остался жить с родителями, и четверо старших братьев избрали себе спутниц жизни в этом же селе и не стали уезжать на сторону, построили дома на этой же улице. Отсюда и пошло название улицы «воронья». Правда, сегодня из старших Гилязетдиновых живет и здравствует только Шахида эби, которая проживает с сыном Минахметом.
- Я благодарю Аллаха, - говорит Шахида эби. – Пока по дому управляюсь самостоятельно, готовлю, стираю. Пекла и хлеб, но в последнее время перестала. Дети говорят, что сейчас в магазинах есть все, что захочешь, а я люблю хлеб на опаре из хмеля. Не очень-то увлекаюсь телевизором, а вот районную газету читаю с удовольствием, каждый номер жду с нетерпением, читаю внимательно, причем без очков.
Мы поговорили с бабушкой о ее жизни, пережитом, выпавшим на ее долю радостях и горестях.
Она не уехала из родного села. С молоду начала работать в колхозе, в послевоенные годы ее направили на лесоповал. Со слезами на глазах вспоминает, как из Шенталы возили на санках семена почти босыми, потому что лапти совершенно изнашивались. Многое повидала, немало на ее долю выпало лишений, но не сломилась.
- Сегодня мы живем в прекрасное время, в доме тепло, есть газ, вода, электричество. Дети и внуки постоянно справляются о моем состоянии и здоровье. Дай Аллах, и в будущем жить в благополучии и здравии, - говорит великодушная, приветливая и не унывающая Шахида эби.
Гульсира Шарифуллина
Фото автора