Надо признать, что воспоминанием я предаюсь исключительно редко. Особенно воспоминаниям об отношениях. Особенно об отношениях, которые давным-давно накрылись пиздою. И связано это отнюдь не с болью и дискомфортом, которые я могу испытывать вспоминая былое. Всего-навсего срабатывает мой еврейский попутчик (прям как у Декстера, только мой не так часто требует крови и, что логично, довольствуется только арабской), которому вечно чего-то жалко: времени, денег, детской картошки фри, которой тебе нихуя не досталось, потому что она не голодна и будет только морковные палочки и кофе; потому что макдак - это зло, от него растет жопа и, вообще, после шести пиздец как вредно жрать. И все это ты грустно слушаешь, жадно пытаясь поймать хоть крошечку панировки, которая периодически вылетает в твою сторону из ее набитого ТВОИМИ же макнагетсами рта в моменты особо экспрессивных выкриков…Ну Гитлер, ну еб же ж… Шметтерлинг!!! Понимаю, что разговоры о Гитлере и жратве невероятно интересны и увлекательны, но давайте все же вернемся к воспоминаниям. Так вот. Сегодня утром, во время поездки на работу, с какого-то хрена вспомнилась мне моя бывшая. Ну как вспомнилась… Просто завели с товарищем разговор о лыжах, ну и как-то навеяло. Блять, я вот прям вижу ваши ухмыляющиеся лица: ага, о лыжах! Знаем мы эти лыжи! Вынужден огорчить вас жэсточайшэ. Так что все кто ожидал, что я наконец поведаю миру сальную историю о том, как лишился девственности и ступил на этот опасный и тернистый путь сексуального самурая – вынужден вас огорчить: порнухи не будет! Но, вернемся к лыжам.
Объективно: лыжник из меня хуевый. Нет, конечно, я лично знаю пару-тройку человек, которые своим катанием могут навлечь на мир гнев Господень или спровоцировать катастрофу планетарного масштаба и, как минимум одного, который способен призвать дьявола. А я так… Легкие увечья, ну на крайняк менты и скорая. Причем я заметил преинтереснейшую вещь: умение кататься обратно пропорционально желанию втащить свою жопу на самую высокую возвышенность в пределах видимости. Ну, по крайней мере, в моем случае.
Так вот. Поехали мы однажды с моей бывшей на лыжные покатушки. Естественно, сверхзадачи у нас изначально были разными. У ней – выгулять свой невозможно-розовый (все я правильно написал – это цвет такой!!!!!) лыжный комбинезон, посмотреть на людей, подышать свежим воздухом. Я же ехал убивать… Ибо человек в синем трико, любовно заправленном в махровые носки, водолазке, которая видала живым царя-батюшку и лыжах с хитрожопым советским креплением «на резинке» в культурное общество может выйти только с двумя целями. Первая – совершить террористический акт. Вторая – совершить террористический акт.
Не буду вдаваться в подробности, а сразу перейду к главному – к восхождению на гору, с которой в идеале мы планировали съехать. Не единожды. Но, как говорится, человек предполагает, а Господь располагает. Попутно хотелось бы отметить, что подъем в гору своим ходом дело достаточно хлопотное, долгое и крайне изматывающее. Причем это ощущение появляется буквально после первых четырех пройденных метров и начинает нарастать достигая своего апогея после сытого удара лицом в укатанный снег и бесплодной попытки извлечь себя из лыжного капкана (беспезды, год после этой поездки я самостоятельно мог почесать себе жопу закинув руку через плечо. Легко. Играючи). Так вот, в очередной раз развязав этот ацкий узел из меня, трико и лыж на резинках, я решительно поднялся и удвоил прилагаемые усилия. Бывшая шла немного сзади, по правую руку. Не буду рассказывать, что в старых деревянных лыжах очень важна смазка по погоде, не буду кривить душой, что в тот раз мне и с ней не повезло… Как раз со смазкой у меня все было в полном порядке. Даже лучше. Скользилось как по маслу. Стремительно и быстро, как Берлиозу под трамвай на Патриарших. Делая очередное движение вперед я немного поскальзываюсь и, в отчаянной попытке удержать равновесие (да, да, вы абсолютно правы, дорогие читатели), взмахиваю руками.
С полетами у меня сложные отношения, еще с бани пошло, когда я обварил себе яйца и не придумал ничего лучшего как попытаться улететь, но был коварно остановлен потолком в своем стремительном движении вверх… К звездам… Короче, в этот раз тоже не удалось… Но взмах был хорош. Правильный такой. С выводом рук назад… именно там, именно в этот момент я нащупал палкой мою бывшую. Прямо в литцо… Слава Богу, что по касательной. Так, слегка чиркнул. Напугал, но не покалечил… ну может слегка оцарапал. Естественно подъем был прерван, день испорчен, мои лыжи утилизированы о ее хрупкое колено и погребены прямо на этой высоте. Добавим драматизма назвав ее безымянной... Так и покатались.
Возвращались, естественно, в молчании. Она тихо ненавидела меня. Я скорбел об утраченном древнем артефакте, чуде советской научно-технической революции и плоде нестандартного инженерного мышления – лыжах на резинке. Ну и о том, что летать мне не научиться… Никогда. По крайней мере с ней)))))))))))
P.S. А в следующую нашу встречу я расскажу о том, как меня привалило аккордеоном. Намертво...