Долгое время работая с ураном, все привыкли к особенностям и опасностям технологических процессов, даже не вникая в физическое содержание вопроса. Считают, что лучше урана ничего быть не может. Люди вообще боятся нового, а в атомной отрасли тем более. Начинают выдумывать всякие искусственные проблемы, пугают огромными экономическими убытками. Ну а потом, чем, например, будут заниматься трасмутаторы, которых, вообще говоря, много, если предмет исчезнет. Сейчас основной доход в атомной отрасли приносит борьба со страхами. Новые технические решения, сулящие повышение надежности, безопасности и т.п., зачастую, даже не принимаются к рассмотрению. Делается то, что будет создавать большие проблемы. Пример. Пресловутая ловушка расплава. После того, как на реакторе произойдет катастрофа, и активная зона расплавится, радиоактивный расплав потечет вниз, в землю. Там, по соображениям авторов, он непременно встретится с грунтовыми водами, они подхватят из него радиоактивность и разнесут ее по всей планете. Можно придумать еще, что-либо и более страшное. Получить на это страшное финансирование и жить припеваючи много лет, громоздя одни нелепости на другие.
Обещание Хаджи Насреддина обучить осла говорить, по-прежнему, один из наиболее действенных приемов, подступиться к распорядителям финансового ресурса, и извлечь из бюджета некоторую сумму на решение этой непростой задачи.
Реальное же развитие атомной отрасли сопряжено с необходимостью решения базовых проблем, конечно же, с учетом предыстории и учета предыдущего опыта. Надо сказать, что именно эволюционный характер развития энергетики позволил этой сфере деятельности приобрести современные устойчивые формы, которые совершенно не нужно ломать, даже во имя самых залихватских идей легкого счастья. Надо решать задачи по мере их возникновения.
Для атомной отрасли ближайшая задача ближе к концу века возникнет в связи с дефицитом топлива для действующих реакторов. Здесь и следует концентрировать усилия.