Все мы знаем эти строчки Александра Сергеевича: Выпьем, добрая подружка
Бедной юности моей,
Выпьем с горя; где же кружка?
Сердцу будет веселей. Но есть у него и другое, в ответе Катенину: Напрасно, пламенный поэт,
Свой чудный кубок мне подносишь
И выпить за здоровье просишь:
Не пью, любезный мой сосед! Так любил ли выпить Пушкин? Или он трезвенник? Или только с няней и не меньше кружки? Обратимся к, наверное, самому его известному произведению «Евгений Онегин». Семья провинциальных дворян Лариных принимает гостей — двух женихов для дочерей они встречают без спиртного, выставляя всего лишь кувшин с брусничной водой. Когда же завидные женихи приезжают во второй раз, то опять: Разлитый Ольгиной рукою
По чашкам тёмною струёю
Уже душистый чай бежал,
И сливки мальчик подавал... Но вот, наконец, в главе пятой у Лариных происходит настоящее застолье: Да вот в бутылке засмоленной,
Между жарким и блан-манже,
Цимлянское несут уже;
За ним строй рюмок узких, длинных... Тогда было выпито много