Говорят, что старикам – уважение и почёт. Но Дриаду, вопреки поговорке, хладнокровно предали, как только возраст перешагнул отметку 10+. Хоть и породистая — дратхаар, но никому не нужная, она бродяжничала по улицам Павлово в Нижегородской области. В крайне истощённом состоянии, с кучей возрастных проблем и запущенной пиодермией (это гнойничковое заболевание кожи) её нашла девушка-волонтёр.
Спустя месяц, после агрессивного курса антибиотиков, Дриада стала членом нашей Семьи. На тот момент у нас уже был один дратхаар Дар (о нём здесь и здесь) , и я ожидала второй такой же ураган. Дриада же внезапно оказалась милейшей о’собой. Тогда это была невиданно быстрая для меня адаптация собаки. Но даже больше уживчивости меня поразили её размеры. Она была выше одного кобеля, который у нас числился приличным тракториной :-)) С ним фотки не нашла, но для сравнения вам фотка с Даром (он справа). Оцените масштабы сами!
Псиномать свою она сильно любила и лаской не обделяла. Приходила и складывала свою голову мне на колени, подпихивая под локоть. На выгулах часто тыкалась носопыркой в ладонь или жалась к ноге, требуя погладить. А когда я работала, она любила спать под моим стулом. По приезду мы продолжили интенсивную борьбу с её худобой и проплешинами. И как приятно было наблюдать за преображениями этой огромной женщины!
Покладистость ее, правда, на мне и заканчивалась. Характер там был — сталь, взгляд — просыпающийся вулкан. Она была всегда и всюду одновременно. Вот, вроде бы только-только её носопырка тыкала меня в ладони, и вдруг она на другом конце территории отжимает какую-то палочку у друзей. Соревнования, скорости, конкуренция — в том была её натура. Никаких компромиссов, она всюду была первая. Занять все скамеечки, выскочить на выгул, сложить голову на колени и, естественно, первая пожрать.
Мы при ней строили все наши корпуса! Она застала «стройку века» от и до и позировала на блоках, досках, оценивала новые двери и новые пространства. Неоднократно «заселялась». Новую комнату открыли — Дриада туда первая. Запрыгивает на подоконник, поддон, скамью и словно бы говорит: «я тут всегда жила!»
Расширение выгула тоже было при ней. Спинальный корпус она помогала проектировать. Пятый и шестой корпуса утверждала скачками по растущим стенам с улыбкой от уха до уха. Всё ей нравилось! Единственной проблемой были лестницы. Ну не жила она на вторых этажах принципиально. И даже в доме на старой земле по лестнице заходила ровно до половины. Потом — с уговорами только. Вниз — исключительно на руках. Ну а что, могут ведь обнаруживаться и у железных леди слабости, правда?
Дриада — дратхаар норный :-)) Она копала постоянно. Есть и копать — были два её любимых занятия в перерыве между тырканьями мне под руку с просьбой почесать (кто вспомнит похожего нашего товарища - пишите в комментах ;-)). Ещё Дриада любила апортировку. Точнее, она никогда не отдавала мяч или палку просто так и всегда готова была за них бороться. Но играть в мяч, таскать и жамкать его под усатыми брылями было отличным времяпрепровождением! И самое прекрасное — это бежать куда-то уже с мячом во рту, навстречу новым ежедневным приключениям, которые начинались прямо с утра.
Так сложно найти фотографию, на которой она не вытянута как струна. Чтобы нос не по ветру и уши не хлопают на затылке, а брови не сведены сурово на переносице. Есть только несколько кадров, на которых Дриада замерла, прислушиваясь к странным звукам. Это хитрый приём Псиноматери, чтобы снять хоть один нормальный портрет неуправляемой собаки. При этом приходится вопить, пищать, урурукать, хрюкать и свистеть, прыгая и размахивая свободной от фотоаппарата рукой.
Дриада была как Маргарет Тетчер, только бородатая. Сейчас в нашей семье есть ещё одна бородатая женщина по имени Вильгефортис (о ней я ещё напишу), которую мы и назвали в честь средневековой бородатой святой (я серьезно сейчас, если что). И характером обе схожи невероятно.
Ну, а Дриада прожила в нашей семье полную, насыщенную жизнь. И пусть она попала к нам уже в возрасте, но насладилась каждым днём сполна. Свободные выгулы на территории, сытость, ласка, хвостатые друзья и моя безграничная любовь. Я считаю, что каждая собака достойна такой пенсии. Достойна прожить в собачьем достатке и уйти тихо.
Я помню тебя, моя огромная бородатая женщина. Ты навсегда в моём сердце!