Выхожу из школы. На крыльце ждет Зайчик. Это собака.
Зайчик, потому что прыгает на трех лапах, а четвертая - болтается на сухожилии. Пса выбросили в прошлом году на улицу, выкинув из машины, проезжая мимо нашего поселка. Остальные собаки в поселке не приняли новичка, погрызли. Можно сказать, Зайчик получил боевое ранение. Мы же с подружкой спасали раненого солдата, промывая кровоточащую рану и обрабатывая ее зеленкой. Подружка самоотверженно подавала пинцет с ватой из игрушечного медицинского набора, а я протирала лапу, заливала перекисью, а ватной палочкой намазывала зеленку поверх раны. Представляю, как ему было больно, но он нас не тронул. Наверно, знал, мы ему желаем добра, потому и терпел. С тех пор пес стал моим спутником от дома до школы и обратно. И гулял со мной, когда я выходила на улицу.
Сейчас я вышла из школы. Зайчик, естественно, на месте. Я отдала ему бутерброд, который мама с утра положила в рюкзак. Трехногий друг съел предложенную вкусняшку, затем по обыкновению взял в зубы рюкзак и направился к моему дому. Я шла вместе с ним и разговаривала, рассказывала, как прошел день и что произошло нового.
Зайчик подошел к подъезду, положил рюкзак на землю и сел. Я присела на ступеньку и еще несколько минут болтала с другом, поглаживая шерстку между ушами. Зайчик вертел хвостом, показывая, как ему нравятся мои манипуляции. В этот раз я не могла долго сидеть, потому что с самого утра было ощущение, будто вот-вот что-то произойдет. Какой-то трепет внутри и чувство электрического тока по всему телу. Ощущалось, словно надо спешить, а вот куда – не понятно. Однако я спешила. Пообещала псу, что выйду вечером, затем встала, взяла рюкзак и собиралась зайти в подъезд. Зайчик подскочил к двери и перекрыл вход собой, давая понять, что не хочет расставаться. Глаза его стали грустными. Я же попыталась уговорить его, а потом все-таки открыла дверь и зашла внутрь, оставив собаку снаружи.
Поднимаясь по лестнице, ощущение трепета внутри усиливалось. Руки затряслись. Солнечные зайчики от металлической застежки на рюкзаке прыгали по стене. Поднимаясь, я наблюдала за ними. Между пролетов останавливалась и смотрела в окно. Весеннее солнце стояло посреди чистого голубого неба и еще больше вселяло в меня чувство радостного трепета. Стрижи летали между деревьев высоко и низко, а с улицы доносился запах костра. Я преодолела второй этаж, остановилась снова у окна. Пес сидел у подъезда с опущенной головой. Стало жаль его, но я поднялась на третий этаж, затем стала подниматься на четвертый, считая ступеньки, количество которых и так знаю. На каждом пролете по девять ступеней. Считаю: «Семь, восемь, девять..», - и поднимаю глаза, чтобы уставиться по привычке в окно. А возле него вижу…
Это папа. Я не видела его три года, с тех пор, как он уехал из нашего города куда-то и оставил меня. Слышала его по телефону всего два раза: на прошлый новый год и позапрошлый день рождения. Все остальное время просто очень тихо, чтобы не разбудить маму, плакала в кровати у стенки ночью.
Я кинулась папе на шею, обняла и заплакала. Чувства не обманули, вот и произошло все, что должно было произойти. Наконец-то папа приехал. На радостях забыла обо всем на свете. Вечером не вышла гулять. Зайчик меня не дождался. Я ходила за папой, сидела рядом с ним, смотрела на него и разговаривала с ним. А на следующий день папа забрал меня к себе в город.
Прошло три месяца.
В конце августа папа привез меня обратно. Я уже так соскучилась по маме, по дому и мечтала увидеть Зайчика, которому расскажу, какое приключение произошло со мной за это время и как сбылась самая заветная мечта в жизни - увидеть папу. Но у подъезда Зайчика не было. Он не прибежал и на следующий день, и даже через день. Я ходила по поселку, искала собаку. Но он не появлялся. Спрашивала у мамы, где пес. Мама пожимала плечами.
Спустя несколько дней, встретила подругу, которая и ответила, что через неделю после моего отъезда кто-то вызвал службу отстрела собак… Зайчика больше нет.