Болото осталось далеко позади.
Дракон приземлился на опушке леса. Шут сполз с его загривка:
- Ветренно там, неуютно, - пробурчал он, растирая руки.
- Тебе не понравилось небо? - удивился Дракон. - Ты видел солнце? Огромное горячее. Облака, они словно пух. Воздух, как рука друга. Вееетрееенно.
- Ага, заметил, солнце сжигает, ледяной ветер кожу срывает. Не, не по мне это удовольствие. Дальше давай пешком.
Дракон расхохотался:
- А то! "... герой одолеет тяготы пути, дойдет до самого Сердца земли" гласит Пророчество. Будь оно неладно. Пару дней лету, а идти... Не знаю, как кривая выведет.
- Да, ладно тебе, герой, - Шут смущенно пожал плечами. - Пойдем, что ли?
Они снова пошли вместе.
Немного другие.
Дракон реже хвастал своей врожденной мудростью. Его уверенность в собственном превосходстве и непогрешимости свернулась калачиком где-то в районе хвоста. Зато теперь Дракон изучал все и вся, от бескрайнего неба до древних летописей. Шут, благодарный товарищу за спасение, как мог помогал ему в этом: рассказывал о людях, их жизни, мечтах и достижениях.
Чутче и добрее стали они друг к другу. Дракон ценил решительность и волю парня, скрытую за маской болтуна и насмешника. Шут восхищался неугасимой жаждой знаний и детской непосредственностью, рвущимися из-под каменной невозмутимости товарища. И еще, он заметил пропавшую нотку из песни Дракона. Заметил и решил что сделает все, чтобы вернуть ее.
Долго ли они шли?
Никто не знает. Время штука непостижимая, то летит стрелой, то ползет осенней сонной мухой, то застывает янтарной каплей смолы. А тут еще и Волшебный лес. Иногда казалось, что вот так, бок о бок, они идут вечность, и жизнь, в которой они не знали друг друга всего лишь сон. Бывало Дракон поднимался высоко в небо и вдыхая солнечный свет, соревнуясь в силе и скорости с ветрами забывал и о Шуте и их пути. Проходил день или миг и что-то в груди царапалось, поскуливало, просилось на землю.
И тогда Дракон возвращался к задумчивому шепоту леса, журчанию ручья и шутовской болтовне. Шут встречал его неизменной улыбкой:
- И когда ты угомонишься уже? Не надоело тушку таскать незнамо где? Леса тебе мало.
- Леса мне много, - хохотал Дракон. - Лапы все измозолил таскаться с тобой. Посмотри, когти стер об землю. Кабы не боялся, что ты еще с какими земноводными спутаешься и призвание забудешь, давно бы домой вернулся.
А ночами они сидели у костра и смотрели в звездное небо. Каждый мечтал о своем, каждый посылал в небо свою песню. Звуки дрожали в ночном воздухе, поднимались в темную даль, касались звезд и падали преображенные, наполненные серебром и сиянием. Так рождалась новая мелодия. Одна на двоих. И в такие минуты мерещилось Шуту странное.
Однажды он спросил Дракона:
- Этой ночью, ты ничего необычного не заметил?
Дракон хмыкнул:
- В волшебном то лесу? Где деревья хороводы водят? Где единороги пасутся? Где реки и время меняют по своей прихоти течение? Нееет, не видел.
Шут смутился, щеки заалели.
- Девушка, - пробормотал он, - Крааасиивая...
- Пухленькая, такая, беленькая вся в шелках и самоцветах?, - оживился Дракон, роняя слюну. - Нежненькая, мяяяягооонькая...
Дракон плотоядно оскалился, огляделся. Потянул носом. Тяжелая голова метнулась, вертикальные зрачки впились в Шута:
- Здесь? Поищем...
- Ты! - Шут возмущенно вскрикнул, - Ты чудовище! Как... Да что ты... Посмотри на себя...Чудовище.
- Конечно, - Дракон довольно прищурился. - Спасибо, что заметил. Так где завтр... Тьфу ты! Принцесса где?
- Она не такая. Гибкая, тоненькая. И мечи у ней. И одета в кожу. Глаза раскосые, коса чернее ночи, до пояса. И голос. Знаешь, как она пела? Русалочьи песни по сравнению с ее голосом, что лягушачье кваканье. Вот, - на одном дыхании выпалил Шут.
Дракон захлопнул челюсть и отвернулся. Его интерес к девушке, как рукой сняло. Шут уставился на него в недоумении:
- Так что, видел?
Дракон и не глянул на Шута. С легким шелестом развернул могучие крылья.
- Ты видел, скажи? Слышал ее пение? - Шут подскочил, попытался заглянуть в глаза Дракона.
- Я? Да, много я че на своем веку повидал, парень, - неспешно ответил Дракон. - И слышал немало.
- Я о девушке! Воительнице! - голос Шута дрожал от напряжения. - Почему ты не хочешь мне сказать? Кто она? Как ее найти?
- Девушка? Это ты о человеческих самках сейчас? Так они по лесам не шляются. Они в замках гнездятся. Ага... Ну в деревнях там. Те пожестче. И несварение у меня, понимаешь, - голос Дракона понизился, теперь он доверительно шептал. - Возраст, брат. А люди... Сложно их переваривать, понимаешь?
- Почему ты не хочешь честно ответить? Сожрал ее? Гад! Рептилия крылатая! Сожрал? Скажи! - Шут раскраснелся, подскочил и со всей ду... мочи пнул Дракона.
Дракон расхохотался. Порыв горячего воздуха отшвырнул Шута и тот распластался на траве. Подскочил. Расставил ноги пошире и выставил вперед сжатые кулаки. Глаза его сверкали праведным гневом.
- Слушай, ты,- начал он решительно.
- Да нет же, - миролюбиво, но твердо перебил Дракон. - Это ты, послушай. Не видел я никого. Не видел. Приснилось тебе, примерещилось. Перевелись амазонки. Поди сотни две лет, как никто их не встречал. Оно и к лучшему, одно беспокойство от них.
Шут растерянно мотал головой.
Он понимал, сейчас Дракон не врет. Но ведь он видел девушку! Слышал ее голос. Не может быть, что это только сон, не бывают сны такими живыми. Он помнит каждую черточку незнакомки, глаза, улыбку, непокорную прядь.
- Бывает, - обронил Дракон, взлетая. - Здесь все бывает, Волшебный же лес. Слишком долго ты здесь, парень, вот и оживают сны. Ускориться бы нам, смех сам себя не вернет.
Шут больше не заговаривал о девушке.
Дракон ускорился всерьез. Теперь он прокладывал маршрут, на заре облетая окрестности, указывал направление Шуту и выбирал место следующей ночевки. Шут пробирался через лес. К назначенному месту выходил к ночи. Уставший и голодный. Еда и сон. Никакой болтовни. Утром снова в путь.
Так прошла неделя.
Или месяц. Может полгода. Дни слились в сплошную лесную тропинку с краткими привалами на еду и сон. Шут и себя забывать начал, и шутить уже не получалось. Дракон старался подбодрить, напоминал о Великой цели. Выходило не очень. Шут отмалчивался. Злился. И все чаще думал о том, что великие цели для дураков. Изводить их так сподручнее. А шут и дурак не одно и то же, знаете ли.
В один прекрасный день Шут твердо решил отдыхать. Устал он бегать по лесам, как оглашенный и пусть ярится Дракон, пусть плюется огнем и дымом, авось не сожжет до углей. Когда силуэт Дракона растаял в небе, Шут отправился к реке купаться.
Там он и встретил Лесную нимфу.
Глянулся он ей. И стала она ему помогать. Заговаривала тропки лесные, собирала травы пахучие, да не простые, силы и радость возвращающие, завтрак-ужин-обед готовила. Пела песни да рубахи Шуту вышивала обережной красной нитью. Повеселел парень и сам шутить вновь начал.
Дракон поначалу не замечал изменений.
Себя то он тоже не жалел, летал, выглядывал, сведения о Пророчестве по крупицам собирал. Эх, тоже загнался, бедолага. Подольше продержался, чем Шут, да все одно ж не железный.
- Выходной сегодня, - объявил он однажды утром. - Не идем никуда. Отдыхаем. Пируем. Песни поем.
- Счевойта? - недоуменно глянул на него Шут. - Спешить же надо. Смех спасать.
- Успеется. Чую близко уже.
- Так здорово это, давай поднажмем, - оживился Шут. - Сделал дело...
- Устал я, - перебил его Дракон. - И соскучился. По разговорам нашим задушевным, шуткам твоим, хоть и дурацким, по звездам и песням на двоих.
Шут смутился.
Слова Дракона звучали искренне, да запоздало. Нимфа прочно вошла в жизнь Шута, принесла в нее тепло и уют. Дракон друг, конечно, и помогает, к цели ведет. Да только он, Шут, простой парень, смех вернет и домой. И красавица Нимфа с ним, то давно уж оговорено.
- Эммм, - пробормотал Шут. - Гитара то отсырела по лесам. Струны поменять бы...
- Не юли, - встрепенулся Дракон.
Тут Шут и выложил все:
- Нимфа мне помогает. Ты летаешь там в облаках, а она рядом. Усталость снимает, дорогу коротает. Никак я теперь без нее. А тебе... Тебе небо то друг и товарищ, я понимаю. Крылатому без неба никак.
- Понял, - отрубил Дракон и взвился к облакам.
В тот день непогодило. Выли ветры, сверкали молнии, раскаты грома сотрясали и небо и землю. Дракон пел. Один. А когда стихла буря, увидел Дракон, что достигли они края Земли. Вот он источник чудесный, под носом.
Здесь исполнялись любые желания. В этом чудесном месте желание Шута, сокровенное, искреннее и светлое было услышано Миром. И принято к исполнению. В этот самый миг, Шут увидел, как заискрились смехом глаза его сородичей, расцвели улыбками лица девушек, посветлели , от затаившихся в усах усмешек, лица мужчин, да и сам воздух запел-зазвенел от хохота резвящейся ребятни.
Дело сделано. Время возвращаться домой.
Дракон и Шут молча стояли на окраине Волшебного леса.
- Удачи тебе,- сдержанно сказал Дракон.
- Хочешь пойти со мной?,- пробормотал Шут.
- Я - Дракон, людям опасно со мной, и мне опасно с ними...
Шут удивился:
- А я? Я-то на что? Я смогу защитить тебя. Правда. Взгляни на меня, ты многому научил меня, мне теперь по силам защитить тебя от любого, даже от тебя самого.
С каждым словом речь Шута становилась всё горячее:
- Так много пройдено вместе. Разве мы можем теперь просто попрощаться и разойтись? Посмотри, я уже не тот недотепа, что прежде.
- Это ты взгляни на меня,- тихо сказал Дракон.
Шут осёкся и поднял глаза, перед ним стояла девушка, та самая, из забытого сна. Повисла тишина.
- Вот так я буду выглядеть в мире людей, без волшебства моего Леса. Понял теперь, дурашка, не могу я быть тебе там другом...- девушка отвернулась и направилась к дому.
- Погоди!- голос Шута дрожал,- Как же так... Я ведь искал тебя. Звал. Не уходи.
- А Нимфа? - губы девушки искривились в ухмылке. - К лучшему все. Бывай, парень.
- Не уходи, - упрямо повторил Шут, схватил девушку за плечо, развернул к себе, заглядывая в глаза.
Она улыбнулась. Прильнула к нему.
- Ты...ты хорошо подумал? - негромко спросила девушка, - Это на самом деле то, чего ты хочешь? Всем сердцем? Я - Дракон.
Шут чуть отстранился, обнимая ее за плечи, заглянул в глаза. Синее пламя бушевало в них. Сузились зрачки, превращаясь в змеиные. Жаром полыхнуло ему в лицо.
Шут видел Дракона и раньше, не пугал его облик зверя. Видел и девушку- воина, она привлекала его красотой и силой. А вот превращения ему раньше видеть не доводилось. Плавились контуры, расползалась белая девичья кожа, обнажая сверкающую чешую, трещали кости, выпуская перепончатые крылья.
В ужасе отшатнулся Шут. Закрыл лицо руками.
- Правда, это то, чего ты хочешь? Правда? Смотри же. Это я. Хочешь быть со мной? Правда?
Дракон взлетел. Смех его разносился по лесу, проникал под кожу, вызывая озноб.
