С середины 1980-х до начала 1990-х в СССР (и немного в РФ) поступала гуманитарная помощь, в рамках которой встречались солдатские сухие пайки, стандартные для НАТО. В составе одного такого пайка, упакованного в картонную коробку и рассчитанного на 6 человек, входила большая плоская жестяная банка – примерно в такие иные производители пакуют краску или оливковое масло – невиданного консервированного супа. Очень непривычного по консистенции и на вкус, но вполне себе сытного и даже не лишенного приятности. Мало кто знает, что рецепт этого супа в XVIII веке составил известнейший авантюрист, космополит, изобретатель и даже граф по имени Бенджамин Томпсон Румфорд.
Собственно, рецептов было несколько. Граф придумал некую базу, на основании которой получалось в самое разное время года стряпать похлебку, отличавшуюся рекордной дешевизной и сытостью. Один вариант включал в себя ячмень, кукурузу, селедок, соль, уксус и зелень, для другого требовались перловка, горох, картофель, уксус, соль, хлебные сухари и бросовое мясо. Мясо или селедка могла заменяться дешевой копченой рыбой… Словом, вариативность рецепта позволяла приспосабливаться под реалии сезона и местности. Неудивительно, что этот суп прославил разработчика даже больше, чем усовершенствованный им камин, разработанная им же кухонная печь и научные открытия в области физики и взрывного дела.
Изначально Румфорд замыслил благое дело: накормить бездомных. Его суп, между прочим, и сегодня варит "Армия спасения", выручая людей, волей случая оказавшихся на социальном дне. Ну а уж военные, само собой, записали на память рецептик раньше, чем о том прослышали нищие бедолаги. В армии всегда существовала проблема сытого и недорогого харча.
Армейский рацион нельзя назвать уж очень сбалансированным, изысканным или отнести его к категории диетических. Задача совершенно иная: дать нужное количество калорий для восполнения потерь человеческого организма, подверженного огромным физическим нагрузкам и регулярным стрессовым ситуациям. Это говоря современным языком. Фридрих Великий, к примеру, говорил образнее и проще: "Армия марширует на брюхе". Солдат и матросиков всю историю человечества старались кормить пусть не разнообразно, но сытно и добротно – часто воины питались много лучше, чем основная масса населения страны.
Еще одна важная особенность солдатского рациона: компактность. Можно набрать с собой еды даже на год вперед, но в результате войска потеряют мобильность, возможность маневра – скорость на местности некой группы равна скорости самого медлительного подразделения. А в армии таким тормозом почти всегда оказывается обоз. Это как бонус к тому, что его еще и охранять надо, причем надежно – голодный солдат долго и успешно не навоюет.
Вот и выходила головная боль военачальников всех времен и народов – где взять пожрать и как организовать распределение этих благ внутри конкретной армии.
Воины коренных народов Северной Америки поступали просто: сушили на костре мясо с добавлением сала, сока ягод и изредка специй. Причем каждый запасал провиант для себя. Диета выходила неполноценная, но вполне калорийная, способная поддержать воина в любых ситуациях. При этом один человек запросто мог самостоятельно унести месячный рацион.
Что-то подобное готовили аборигены Сибири. То, что теперь известно как "мурцовка" - смесь сухарей, соли и сала, высушенная на костре или сквозняке. Это блюдо не расценивали как основное, но хранили как НЗ всегда при себе. Практику позднее переняли армейские пластуны.
На Востоке воинам в плане провианта приходилось проще – все же природа здорово выручала. Там ценились орехи, сушеные фрукты и различные долговечные смеси с добавлением меда. Много места такая провизия не занимала, калорийностью обладала сумасшедшей, а в плане пользы превосходила все вышеперечисленные варианты. Все же длительное потребление пеммикана или мурцовки негативно сказывалось на человеке. А медово-орехово-изюмная диета действовала куда более щадяще. Так что чурчхела, продаваемая на рынке, есть не что иное, как солдатская пища, перепавшая простым штатским благодаря конверсии.
Любопытно оказалось поставлено дело у кочевников. Привычные мясоеды они в походах четко разделяли лошадей на боевых и мясных. То есть с собой, по сути, гнали пару табунов. Один как транспортное боевое средство, а второй – как ходячие консервы. При этом важно понимать, что в мобильности при такой организации войско не проигрывало – предназначенная на съедение лошадь скачет никак не медленнее, чем боевая коняга под седлом. А в крайнем случае, случись чего, можно солдатику и кровушки лошадиной попить – по сути, витаминный коктейль с максимальным усвоением. Ну а вкусовые ощущения и этическая сторона вопроса – так то дело привычки и мотивации.
Надо отметить, что рацион во многом зависел от климатических условий. Точнее, от того ресурса, которым страна-воитель располагала. Скажем, в эпоху максимального развития парусного флота немцы запасали как витаминную добавку квашеную капусту, французы – клюкву. Ну а англичане, над чьей империей реально никогда не заходило солнце, поставляли экзотические лимоны. И меры эти не относились к числу дорогих. Было, конечно, исключение – Петр Великий для своего военно-морского детища закупал в Голландии цитрусовые, хотя куда проще выходило запасти той же капусты или клюквы. Ну, нашему царю-реформатору было мало дела до того, какие пути и решения выходили рациональными и экономически оправданными. Он просто на свою армию натягивал чужую матрицу, мало заботясь об адаптации той к существующим условиям и особенностям. Петр имел возможность позволять и прощать себе капризы. И позволял.
Первым, совсем архаичным армиям было, конечно, в разы проще. Они еще по размерам как-то соответствовали некой экологической модели, при которой войска имели возможность прокормиться за счет обыкновенной попутной экспроприации. Главное было не раздувать штат выше некого критического минимума и не ходить дважды по одному пути – там уже все съедено и нового не наросло.
Собственно, проблемы снабжения армий возникли по мере роста их численности и удаления от баз. Проще было грекам. Они воевать от дома далеко не ходили, да и воевали в основном пешими – много конницы подъедает фураж не хуже саранчи. Так что греки могли себе позволить отправляться в недалекие походы, набивая котомки домашней провизией. Этого хватало.
× Поддержите подпиской наш телеграм-канал: @battlez
Конечно, когда Александр Македонский отправился завоевывать мир, еды на все время не получалось запасти даже теоретически. Да он и не пытался. Армия его была не так уж и велика (по расчетам современных ученых численность не превышала 40 тысяч человек, а то и вовсе на четверть меньше), так что при определенной сноровке прокормить такую массу людей получалось, незатейливо грабя побежденных. Что Александр успешно и делал. Но эта схема обеспечения начинала уже устаревать. Так что римлянам пришлось придумывать свои логистические схемы.
В продолжение темы читайте: Чем кормили армию раньше...