На нью-йоркской художественной сцене в конце 1950-х годов черные картины уже перестали быть провокационными.
И Роберт Мазервелл, и Джексон Поллок, и Франц Клайн уже создали свои черные композиции. Однако работы Стеллы были радикально иными.
В центре холста две светлые линии образуют крест. Стелла расположил на холсте прямоугольные черные полосы шириной около восьми сантиметров на очень близком расстоянии друг от друга. На этой картине есть только горизонтальные и вертикальные полосы, и они всегда параллельны друг другу. Стелла сознательно избегает создания иллюзии глубины: и одинаковая ширина черных полос, и их параллельность — способы добиться этого.
Несмотря на то, что Стелла использует черную краску на неокрашенном холсте, белые линии грунтовки которого проглядывают сквозь черные полосы, традиционный способ восприятия заставляет зрителя изначально полагать, что он видит узкие белые линии на черном фоне. Таким образом, эта картина делает задний план главным сюжетом, и наоборот: сюжет — задним планом.
Работы Стеллы отрицают любые трактовки, выходящие за пределы видимой формы. Изображения не являются символическими. Они отрицают идею картины как окна во внутренний мир художника.
То же самое касается и названия картины. "Знамёна ввысь!" — строка из "Песни Хорста Веселя", бывшей де-факто вторым гимном Третьего рейха — провоцирует зрителя к размышлению, но напрасно. "Вы видите только то, что вы видите". И ничего сверх того.