Ирина Анатольевна – жена алкоголика со стажем, она из тех женщин, которые перед трудностями не отступают. Вышла замуж по любви, и до сих пор любит мужа. Любовь взаимна, но ее супруг, как многие российские интеллигенты, слаб на выпивку. По словам женщины, муж он хороший во всех отношениях. Ее любит и уважает, к детям хорошо относится, всегда заботится о семье и много работает.
Но алкоголик. Запойный. И даже здесь интеллигентность сказывается – пить уезжает только на дачу, подальше от семьи.
И вроде бы нет у человека причин для алкоголизма, наоборот все способствует тому, чтобы раз и навсегда вылечиться, и забыть. Жить обычной жизнью. Но он отказывается напрочь от кодирования и прохождения реабилитации. Жена не бросает его, потому что верит (и есть основания для этой веры), что муж – не пропащий человек, и за него надо бороться. Но вот как заставить его закодироваться?
Это действительно сложный вопрос. В ситуации Ирины Анатольевны есть много положительных факторов, которые со временем все-таки могут привести ее мужа к согласию на кодирование. А вот как быть другим женам моих пациентов, у которых мужья не только не хотят кодироваться, но еще и отрицают сам факт наличия алкогольной зависимости?
К сожалению, кодировка человека против его воли ничего не даст. Он все равно сорвется. Даже если поначалу он будет испытывать массу неприятных ощущений, это его не остановит. Основной принцип лечения алкоголизма – добровольность. Хоть какое-то желание, хоть какое-то волевое усилие. Даже крупицы веры бывает достаточно.
Поэтому важно найти именно ту точку, тот аргумент, который привлечет внимание алкоголика, и вызовет желание хотя бы попробовать. То есть надо добиться отклика. А добиться его можно двумя путями: через его беседу с психиатром-наркологом, и через вашу беседу с доктором. Почему второе важно? Потому что очень часто близкие люди просто застревают в упреках, когда начинается этот важный разговор. В итоге зависимый, вместо того, чтобы согласиться с необходимостью кодирования, уходит в защиту. А это значит, что именно вам надо так себя перестроить, чтобы в сотрудничестве с доктором убедить своего близкого человека в необходимости кодирования.
С Ириной Анатольевной нам удалось определить эти самые важные аргументы, и благодаря этому она смогла побудить своего супруга встретиться со мной. И встреча прошла конструктивно, сейчас ее супруг все-таки изъявил готовность лечиться, признав наличие проблемы. Но здесь мы видим идеальные условия – сотрудничество, в котором нет такого, что каждый гнет свою линию. Значит и эффект будет.
Поэтому, когда мне задают вопрос о том, как закодировать близкого человека без его согласия, в первую очередь я пытаюсь выяснить мотивы вопрошающего, и его истинную готовность помочь близкому.
