По неизвестным причинам казнь откладывалась. И если бы я вела повествование из сегодняшнего времени, то сказала бы, что на эшафоте я смотрелась, как новогодняя елка на мусорке в мае.
Чтобы как-то сгладить неловкость момента, переминаясь с ноги на ногу, я начала петь. - Она поет! Посмотрите, она поет! Жди смерти, ведьма, - донеслось откуда-то из толпы Ждать было самым нелюбимым моим занятием, ждать смерти вообще звучало как насмешка – быть в состоянии, в котором меньше жизни и действия, чем в самой смерти, казалось мне совершеннейшей глупостью. Жди смерти, - подхватил кто-то. - Ваша жизнь в ожидании ничем не лучше моей смерти, - выкрикнула я, - Ждать любви, вместо того чтобы любить! Ждать признания таланта, вместо того чтобы талант проявлять! Ждать слов, но не говорить! Ждать чуда, вместо того, чтобы чудеса создавать. Ждать изменений, но ничего не предпринимать.
Поверьте, это ничем не лучше моей казни… У моего палача такая профессия, он приведет приговор в исполнение, ему заплатят д