Генерал Цыганов должен был появиться в зале суда как свидетель обвинения. Не получилось у обвинения. Генерал сказал, что следственный эксперимент - это обычная процедура. Его никто не вводил в заблуждение, и он не видит никаких нарушений в действиях Воронина и Маркеева. Не понимает, за что их судят.
Вот, тут бы после слов генерала кто-то из близких подсудимых, возможно бы, выкрикнул: «Неподсудны!» Но зал был пуст и выпроваживать за двери по приказу судьи Кислиденко было некого.
Заседание было закрытым. Судья объяснила свое решение некой «служебной тайной». Сделала она это по просьбе прокурора Шкаредной (на всякий случай, вдруг, что-то пойдет не так).
Но тайное всегда становится явным. В зале остались адвокаты подсудимых. От них и стало известно о показаниях генерала Цыганова, бывшего начальника Воронина и Маркеева. Вот, эти его слова прокурор в компании с судьей хотели утаить от общества. Не было никакой служебной тайны, о которой говорили в суде. Все, что было под грифом «секретно», так и осталось под грифом «секретно», генерал не отвечал на некоторые вопросы. Так что не было необходимости делать заседание закрытым.
Уже после допроса Цыганова еще одна тайна стала явной. Из коробки с вещдоками достали кассету с видеозаписью допроса Новоселова, тем самым «фильмом», о котором все говорили, но никто не видел, в том числе и прокурор с судьей. Где-то около получаса потерпевший Новоселов в машине пишет показания на братьев Дикиных. Зал старательно высматривает следы пыток и побоев на потерпевшем. Ведь ему только что зачитали справку из больницы, куда, спустя десять часов после возвращения из леса, обратился за помощью Новоселов. Все те ужасы, о которых он сообщил дежурному врачу, никак не вязались с картинкой, где спокойный человек в чистой одежде что-то писал у себя на коленях.
Дело разваливалось. Вот, поэтому прокурор Шкаредная раньше времени закрыла тему «похищения» и «пыток» и перешла к теме «взятка».
«Насчет "похищения" я бы поспорил. Даже если рассматривать их деяния как преступление, то следует обратить внимание на сноску в статье о похищении человека: если лицо, похитившее человека, добровольно освобождает его, то нет тут уголовного дела. Они от Новоселова по большому счету ничего не добились. Ну, написал какую-то писульку в виде записей, ничем вещественно не подкрепленных, от которых мог в будущем отказаться. Если бы дал весь расклад... Они, ничего не добившись, практически добровольно его освободили. Никто не должен сидеть на скамье подсудимых».
Это слова Сергея Качалова, полковника в отставке. Те, кто постарше, наверняка слышали об этом легендарном человеке: в девяностые и позже он возглавлял в УВД отдел по борьбе с бандитизмом. Сергея Юрьевича часто можно встретить в зале суда. Он, как и генерал Цыганов, не сдает своих товарищей.
Валентина Бузмакова