«Интерстеллар» не тот фильм, о котором нужно много говорить. Это фильм-чувство, внутреннее отражение твоего «Я», помноженное на жажду нового, неизведанного, доселе неосязаемого. Определенное время я проводил параллели между любимым мной «Контактом» с Джоди Фостер и все тем же Мэттью МакКонахи, но посыл и глобальный замысел картин все же несколько разный.
В «Контакте» акцентируется возможность на постижении мира как абсолютной реальности (борьба гносеологов, позитивистов и других направлений вплоть до агностиков). В «Интерстелларе» возможность познания куда более метафизическая, расплывчатая, балующаяся с основными физическими законами и перекладывающая часть ноши на первичность сохранения жизни перед родственными узами. Впрочем, не без этого и в «Контакте», но там встреча с умершим отцом могла интерпретироваться вполне себе возможным психофизическим состоянием мозга, воспринимающим собственные «видения» от перегрузок за возможность заглянуть «за грань». Все происходящие в «Интерстелларе» события довольно интересно также объясняются различными законами ровно до того момента, в котором у большинства начало припекать: четырехмерной реальности.
Параллельность миров, в какой бы степени разработки их достижимость не находилась, практически подтверждена. Ровно как и возможность телепортации. С многомерностью измерений много сложнее (элементарное создание тессеракта пока недостижимо). Как бы там ни было, принять это во много раз легче, чем проверять на практике все построенные во время съемок революционные модели взаимодействия черных дыр с материей.
Рушит ли подобное допущение всю научность «Интерстеллара»? Пожалуй, нет. Множественность допущений различного толка всегда использовалась фантастами, придавая необходимую изюминку киноленте ровно до тех пор, пока все не перерастало в абсурд (яркий тому пример — некоторые моменты «Гравитации» и «Марсианина», каким бы последний не был великолепным с нарративной стороны).
«Интерстеллар» тем и уникален, что при всей своей псевдонаучности (давайте уж называть вещи своими именами), не заставляет зрителя усиленно вспоминать школьные или университетские курсы физики, демонстрируя все на простейших примерах (дань «Космической одиссеи 2001» было отдана сполна). Нолан буквально вжимает Вас в кресло под огромным давлением эпика (визуального и звукового), небывалого до этого в кинематографе величия и аккуратно вплетенной в это семейной истории. Самоубийственная миссия, судьба всего человечества и главенство невосполнимого ресурса — времени, ни на секунду не заставляют усомниться в масштабе действия, этого пиршества традиций, новшеств и проникновенной актерской игры.
Нолан не старается впечатлить Вас одним единственным сюжетным твистом, он проникает в Вашу душу с первых кадров и больше оттуда не уходит никогда. Этот сладкий сумеречный плен великого Космоса, безмолвного пространства и человеческого тепла периодически возникает своими образами и усиливает тягу к нолановскому взгляду на мир.
Не уходи смиренно, в сумрак вечной тьмы,
Пусть тлеет бесконечность в яростном закате.
Пылает гнев на то, как гаснет смертный мир,
Пусть мудрецы твердят, что прав лишь тьмы покой.
И не разжечь уж тлеющий костёр.
Не уходи смиренно в сумрак вечной тьмы,
Пылает гнев на то, как гаснет смертный мир.
(с) Томас Дилан
Когда я вышел из кинозала, не было слов передать, насколько все вокруг были потрясены. Овации не прекращались несколько минут. Все идущие на сеанс после нас видели эти горящие глаза, бурлящий восторг и спрашивали: «Что там такого могло произойти?». От того эмоционального взрыва уже не осталось и следа, но память о чем-то большем отпечаталась глубоко в подсознании. Чего-то подобного после я уже не испытывал, а нужно ли?!
P.S. То, чего добился Ханс Циммер в «Интерстелларе» с музыкальной точки зрения, повторить невозможно. Долгое время для меня эталоном верой и правдой служила аранжировка «Гладиатора», но и она меркнет перед атмосферой и наполнением этой работы.