Я дала ему имя Феникс, когда увидела его бакпосев и поняла, что никакие антибиотики уже не подействуют. Это имя должно было стать его талисманом и стало.
Из клиники я получала хорошие новости и осторожно радовалась им:
- Феникс внезапно начал кушать.
- Феникс порыкивает на персонал, кушает, мочевина 40, креатинин под 300. Это хорошо, два дня назад мочевина была 60.⠀
- Пытается лапами снять воротник один раз.
- Есть положительная динамика, но пока она очень медленная.
Он пробыл в клинике “D” неделю и приехал домой с назначениями на целый лист А4. Напомню, попал Феникс в нашу Семью после аварии и клиники “B” вообще без назначений, зато в чудовищном состоянии и с полной резистентностью к антибиотикам. Об этом и других деталях начала непростой истории Феникса я рассказывала здесь.
Итак, Фениксу назначили антибиотик Амоксиклав в ломовых дозах — он единственный давал мало-мальский, хотя бы сдерживающий эффект. Но все прекрасно понимали, что и это чудо в скором времени перестанет работать.
Фениксу помогли в стационаре восстановить почки, и уехал он очень вовремя — долгие недели лежания буквально сожрали его мышцы и началась атрофия. Ему нужно было начинать ходить. И здесь он точно попал в правильные руки Псиноматери. В нашей с мужем Семье много спинальников — собак, которые потеряли чувствительность в задних лапах и вообще задней части туловища из-за травмы позвоночника. Я понимаю их особенности, риски по здоровью и потребности. Восстановить активность спинальника — это мы можем, умеем, практикуем.
Дома у нас с Фениксом наладился свой режим. Капаться он прекращал к четырём утра и отдыхал часов до восьми. Последний приём пищи был часа в два после полуночи, а бонусом на ночь Фене всегда оставались ништяки — то есть доступ к еде у мальчика был беспрерывный. Имущество своё он охранял без оглядки на инвалидность: в нашей комнате тогда жили три собаки, включая Феникса, и я была ну оооочень удивлена, когда дружочек наш мощно обрычал один не в меру любопытный нос.
Кормление было исключительно с рук. И махонькими кусочками. Один большой кусище он не осиливал — нужно было меееееелко так нарезать. Рацион назывался «чем бы дитя ни тешилось»: варёная курица, сырые говяжьи почки, легкое, рубец, консервы всевозможные и сушка самая привлекательная. Стол накрывали раз шесть в день, ибо много за один присест Феникс не съедал никогда. По утрам он вообще не ел, только пил воду — его всегда тошнило до капельниц. Потому сначала мы капали антибиотик, лекарство для почек и глюкозу, а с ними появлялось и настроение. Почки, конечно, потихоньку сдавали позиции, желудок тоже барахлил. Но мы справлялись, жили, радовались, гладились и ценили каждый новый день!
Умирать никто не планировал. Так что мы заказали Фениксу персональную коляску Walkinpets из Америки, пока он еще лежал в стационаре. И заветная посылка будто знала, что времени мало, и пришла на удивление быстро. Мы с Фениксом незамедлительно приступили к постановке на колеса. За его недолгую жизнь нужно было успеть свернуть горы, то есть научиться не только стоять и ходить на колесничке, но и получать удовольствие от этого процесса!
Феникс — из тех, кто долго думает. Кто-то бежит сразу, будто всю жизнь водил, кто-то думает неделю, а случается и так, что собака и вовсе не надумывает, и рассекать по территории не начинает никогда. Это сильно зависит не только от характера, но и от общего самочувствия, а оно у Фени стабильно было от среднего до плохого. Я всегда трезво оценивала ситуацию с ним, и заказывая колесницу понимала, что хотя бы успеть попробовать встать на коляску было бы уже очень здорово, — вдруг ему понравится, и это раскрасит его дни яркими цветами? Они ведь живут моментом, и наш долг — обеспечивать им этих хороших моментов по-максимуму.