Качнуло пол.
-Вашскородь! Велено доложить - Бубенчиков издох, с вас шилинг на службу и венки.
Офицеры дружно повернули головы на вошедшего.
Моргнуло свет.
В бомбоубежище потухли звуки и голоса.
-Так! Какого художника?!
Все как по команде уставились в гаджеты.
Эллочка затянутая в роскошную портупею из кожи самого фюрера руша все традиции жанра истошно завопила на вошедшего
-Мрааак! Жжуть! Идиот!!! Пшёл вон отсюда.
Бумкнуло вверху.
-А этот выпал из гнезда...-тихо произнёс его высокородь.
Бегунок попятился...- я ж не корысти ради! Помилуйте господа,- работа ж такаяейбогу...
Господа как по команде встали доставая пистолеты висящие на обнаженных чреслах и хлопающие кобурами при ходьбе по радикулиту и холщовым розовым задницам с легким налетом целлюлита упорно не желающего уходить с насиженных мест.
Снова бумкнуло и качнуло.
-Мерзавец а мерзавец?- ласково проговорил генерал - ты пошто животину давеча обидел?
И тут же потеряв к нему интерес рявкнул:
-Отпустить! Выпустить! В тираж!!!
Свет на секунду исчез в темноту. Голос диктора Татьяны Веденеевой произнёс с издёвским акцентом «сльедущяя стянция Новьосльободшская».
Все воткнулись в гаджеты.
Только бегунок открыл книгу. «В этот момент у Юрия Ж родились строки - свеча горела на столе, свеча горела»...
Телефон у приносящих плохие вести по закону отбирают...