Без шорохов и звуков тишина,
Зловещая, как пропасть, как могила,
Уж очень поздно, я сижу один
Без мыслей, без движения, без силы.
Всегда боялся тишины такой,
Боялся одиночества и ночи.
Теперь, когда пора совсем уж на покой,
Мне хочется с боязнью той покончить.
Твержу себе: меня, мол, не проймёшь.
А сердце бедное вдруг сразу так заноет,
И липкий страх, безжалостный, как нож,
Ознобом вдруг меня покроет.
Хочу тот жуткий страх преодолеть,
Включаю телевизор среди ночи,
Не для того, чтоб мог программы посмотреть,
А для общенья с миром, между прочим.
Ласкаясь и мурлыча, рыжий кот
Потрется нежно о мои колени,
И сядет рядом, тут другой придёт -
И я уж не один: с котами теми.
А за окном собачки - сторожа
Затявкают, в три голоса зальются,
И у соседей тоже не спеша
Разноголосно псины отзовутся.
Взгляну в окно: не видно ничего,
Лишь свет фонарный сквозь листву мерцает,
Но хоть по прежнему нет рядом никого,
Всё ж потихоньку страх мой угасает.
Я успокоюсь, подойду к столу,
Тетрадь раскрою на пустой страничке
И то, что не могу доверить никому,
Поведаю тетрадке, как сестричке.