У современного жителя Москвы слово огород никак не ассоциируется с центром города. Да, и само слово уже утеряло былое значение. Когда-то столицу наполняли сады и огороды, радовавшие глаз и услаждающие вкус горожан.
Когда-то московский сад-огород давал хозяину не только плоды, но и овощи, мед, рыбу и, конечно, цветы. Ведь плодовые деревья в нем перемежались с грядками, а вдоль зарыбленных прудков произрастали цветы.
«Тут же сновали пчелы — обитательницы бортней — колодных ульев, поставленных в укромное место; из развешанных по кустам клеток раздавались голоса свойских певчих и привозных диковинных птиц».
Хозяева пытались перещеголять друг друга в количестве и диковинности растений и животных, населяющих сад-орогод. Слава о них гремела даже за границей.
Устройство
Снаружи сад огораживали, отчего и называли его вертоградом (верт, вертище — по-старославянски сад; град — ограда). Ограду ставили, чтобы «в огород собаки, свиньи и домашняя птица не могли взойти».
Самый старый московский сад — Святителев, размещался на теплом склоне кремлевского холма. К XV веку здесь было так много садов, что, когда стали обносить Кремль каменной стеной, большинство насаждений пришлось перенести на правый берег Москвы-реки, где заложили Берсеневский сад. Век спустя путешественники восхищались пышностью московских садов, их вкусными плодами и овощами.
Так, Адам Олеарий в своих воспоминаниях хвалит превосходные наливные яблоки, груши, вишни, сливу, смородину, а также огурцы, дыни и спаржу, возделанные московитянами. Дыни весом полпуда и более выращивали на варовых (утепленных) грядах.
Московский «рай»
Отборными плодами славились патриарший и монастырские сады, называемые раями. Позже слыли «чудесными» красные сады вельмож Ордын-Нащокина и Голицына. Лекарственные травы и коренья произрастали на Аптекарском огороде, разбитом вдоль речки Неглинной от Боровицкой до Троицкой башен. Два других аптекарских огорода располагались у Мясницких ворот (почти в центре города) и в Немецкой слободе.
В таких огородах сажали мяту, цикорий, латук, мак, тмин, укроп, портулак; из кустарниковых пород — шиповник, который тогда называли своробориной и прослывшим у лекарей средством от сорока болезней.
«Богатство московских садов»
«Помимо уже упомянутых плодов, московские сады были богаты черешнями и крыжовником (его именовали «берсень», вот вам и Берсеневская набережная!)».
Московские, курские, тульские и орловские сады славились яблоками, владимирские, вязниковские и муромские — вишнями.
«По весне Москва тонула в бело-розовой кипени цветенья. При царских палатах в тогдашних теплицах, представлявших собою срубы, разводили виноград, который укрывали на зиму рогожами и войлоком».
В XVII веке в садах начинают сажать много благовонных и красивых цветов: нарциссы, шалфей, руту, пионы, гвоздики, тюльпаны. В петровские времена вертограды уступают место регулярным садам — расположенным и засаженным по плану. Сад постепенно освобождается от овощей, принимая хорошо выраженный плодовый характер.
Аптекарские огороды
Искони кладовой целебных растений считали природу. На полянах, в лугах и по дубравам в основном и брали люди лекарственные травы. Но уже с весьма отдаленных времен на Руси стали обзаводиться аптекарскими, по-другому аптечными, огородами.
Из истории
Первые аптекарские огороды — ровесники Аптекарского приказа. А он, как известно, основан Иваном Грозным в 1581 г., помещался в Кремле в одном здании с царской аптекой. Число аптекарских огородов росло, и к 1672 г., когда в Москве открылась первая аптека для горожан, их уже было три. Эти огороды снабжали медиков исходным зельем для приготовления лечебных средств. Здесь возделывали те растения, которые невозможно найти в кладовой местной природы. Тут же приручали завозные растения к новым, зачастую более суровым условиям существования.
Чтобы прекратить продажу целебных растений с рук случайными людьми, Указом от 22 ноября 1701 года Петр I повелел закрыть в Москве зелейные ряды и всю торговлю целебными травами сосредоточить в новых восьми аптеках.
