Дело было в августе — тёмные ночи, грибочки, ягодки, комары большей частью в неоплачиваемом отпуске. Мы с товарищем в лес пошли, в собственноручно выстроенную избушку. Идти не далеко — километров 15, дорога хожена не одну сотню раз и зимой и летом, впереди выходные, в рюкзаках призывно булькает храбрая вода, закуска в наличии, в избе веселая компания должна дожидаться.
Вырвавшись за город, в традиционном месте достали напиток, хряпнули-закусили, и за светской беседой продолжили путь. Вокруг красоты северные, в августе имеющие какое-то особое обаяние. Смесь эстетического оргазма с пятницей.
Первая часть пути — довольно оживленная в это время года грунтовка, проложенная еще в грустные времена Норильлага и поддерживаемая в более-менее живом состоянии особенностями рельефа, а так же энтузиастами всех мастей. Идется легко, за беседой время летит, да и периодические остановки для поддержания тонуса, шарма добавляют. Так и дошли до второй части пути, где надо на тропу сходить, вьющуюся вдоль самых гор. Опять же, в традиционном месте остановились, закрепили состояние волшебности бытия, полюбовались предзакатными красками. Идти осталось километра 4, аккурат до темени успеть должны.
С полкилометра пройти успели. Впереди крутой, но невысокий каменистый подъем, Саня, товарищ мой, в лоб на него взбежал, а я, в силу комплекции, решил зигзагом зайти, слегка отклонившись от его курса — буквально на несколько метров в сторонку. И вижу — лежит, томно зажав в кулаке эмалированный трехлитровый бидон, человек. На минуточку, километрах в 10 от города. Мирно так лежит, похрапывает, распространяя вокруг утонченный водочный аромат. При ближайшем рассмотрении человек оказался хорошо знакомым нам обоим персонажем, назовем его Олег. В бидоне, на самом донце, одиноко темнеют пару невнятных грибочков.
Я Санька окликнул, давай мы проводить реанимационные мероприятия — по щекам похлестали, водицы на лицо капнули — ни хрю, ни му. Посовещались, встряхнули друга — Олег, говорим, водку будешь? Смотрим — запустились процессы пробуждения, но вяло как-то, без огонька. Плеснули в кружку храброй воды капельку, перед носом поводили. Во! Началась реакция! До конца не очнулся, но сесть сумел. Посмотрели на него, решили вопросы на потом оставить. Рюкзак его Саня к своему пристегнул (благо не тяжелый), под белы рученьки парня подняли, да так и повели, квёлого. Но запах огненной воды, Олежу покоя лишил — идти, блин не может, говорить внятно тоже, но — давайте бахнем, — вполне себе осмысленно произнес. И на уговоры не поддается —давай, мол, до избы дойдем, там и бахнешь. Нет, прямо сейчас подавай. И о нас подумать не желает — тащить такого кабана под руки по тропе — то еще удовольствие. Пришлось воду водочным духом подкрасить. Влили в него амброзии этой, выслушали в ответ абырва́лг какой-то, и дальше пошли. Идет наш Олежа с переменным успехом — то, как живой ногами передвигает, то ноги к пузу подтягивает, чудило эдакий.
До избы мы его дотащили, но упахались — всё предварительно запасенное настроение по пути выветрили. Ну, в избе все хорошо — народ на месте, покушать что-то горячее имеется, чаёк. Водочка опять же, с закусочкой. Силы восстановили, историю свою удивленной публике рассказали, поржали вместе.
А наутро решили допросить Олеженьку с пристрастием, как его так угораздило. Оказалось, пошел он грибы собирать — взял бидончик, водки литЕр (видимо для зоркости), закуски. По дороге встречались ему люди разные. Сначала знакомые, с которыми надо было остановиться-поздороваться, а потом уже и не важно… Но чувство долга перед семьей все же отрывало его от общения гнало вперед — на встречу с грибами. И парочку он даже поймать сумел, в бидон свой. Но видимо, не так их из земли извлек, за что и был наказан духами сном богатырским.
Морали у рассказа нет никакой, если кто и найдет — рассказчик не причем. А если понравилось — ставьте лайки, комментируйте и всё такое!