В начале 90-х мы с другом Вадиком были деловыми ларечниками – продавали все что только можно, от сигарет и уайт спирита до цветных резинок для волос – все импортное или спиртосодержащее продавалось влет. У нас были палатки на Краснопресненской и Баррикадной, наемные работники, полные карманы денег и даже появился собственный отдел радиоаппаратуры в магазине на Рождественском бульваре. Моего предпринимательского запала, однако, хватило всего на пару лет. Развитие нашей мега-сети остановилось, одну из палаток конфисковали, поскольку она вроде бы проходила по уголовному делу (купили мы ее за смешные копейки вместе с сейфом без ключа в виде бонуса, вероятно, дело было в этом сейфе). И вообще, когда с финансами порядок, начинает хотеться чего-то большего. Вадик остался, а я в конце 1992 вытащил из бизнеса свои деньги и ушел. Месяц провалялся дома, размышлял и плевал в потолок, а потом получил свой первый рекламный заказ – производство вывески для магазина «Русь» в Перхушково. Без блата не обошлось – это был магазин витькиного отца, Витька – друг детства. Потом через сарафанное радио сделал еще одну вывеску для одинцовского магазина «Наташа», они потом долго использовали мое модное начертание а-ля от руки в качестве логотипа. Дальше был мощный заказ на оформление магазина «Диета» в Крылатском аж на пять тысяч долларов – примерно тогда рекламное производство показалось мне исключительно интересным направлением деятельности. По всему Одинцово наделал кучу вывесок «Режим работы». Собиралось все, само собой, из говна и палок, кустарно, из обрезков и обрывков, но это было лучшее предложение на районе. Параллельно с этим немудреным ремеслом я искал какие-то курсы по рекламному делу – предсказуемо нашел ноль – и просматривал предложения о работе в рекламных агентствах. А однажды увидел по телевизору объявление о наборе художников-оформителей в постановочное агентство ВОНД – это был близкий родственник продюсерской компании ЛИС’C – и нагло пошел на собеседование. В качестве портфолио я взял с собой дембельский альбом: коллекция фото с друзьями и сослуживцами на фоне знаменитых профилей и популярных агиток в плакатном исполнении, моей кисти. В агентство я устроился так же легко как через год вылетел из него. Собеседование проводил то ли Мухин, то ли Червяков, запамятовал, так вот он посмотрел альбом, попросил от руки написать А, Б и латинскую S «моноширинным шрифтом без засечек» и сразу меня нанял.