ГЕННАДИЙ КОСАРЕВ, ЗАВТРА ТВОЕЙ СТРАНЫ
Какую компенсацию хотел бы получить официальный Минск у Москвы за налоговый маневр.
13 февраля в Сочи состоится очередная встреча Александра Лукашенко и Владимира Путина.
Как заявил журналистам посол России в Беларуси Михаил Бабич, президенты заслушают отчет правительственных рабочих групп по совершенствованию договора о создании Союзного государства.
— Что касается вопросов, которые стоят на повестке, то это вопросы нового пакета экономических договоренностей, политических договоренностей, — отметил Бабич.
Напомним, что в 2018 году глава Беларуси несколько раз посещал резиденцию президента России в Сочи, пытаясь добиться очередных экономических преференций. Однако безрезультатно.
С чем вернется из Сочи Лукашенко на этот раз?
— Наиболее актуальным для Беларуси остается вопрос компенсации потерь от российского налогового маневра. Во время очередного раунда переговоров стороны, возможно, найдут какое-то взаимопонимание, — полагает политический обозреватель Павлюк Быковский.
По его словам, очевидно, что Беларусь хотела бы получить в качестве компенсации низкие цены на нефть.
— Налоговый маневр ведет к тому, что цены на нефть повысятся. А обещанные деньги в виде компенсации могут быть выданы с задержкой, либо вообще не дойти.
Павлюк Быковский. Фото: Радыё Свабода
— Но удастся ли Александру Лукашенко убедить Владимира Путина пойти на уступки?
— Скорее всего, будет найдено компромиссное решение. Проблема не так проста, как кажется на первый взгляд. Самая высокая ставка с белорусской стороны – снижение цен на нефть. Но все договоренности на этот счет зависят не только от России, а еще и от мировой конъюнктуры.
У нас есть долгосрочные договоренности по поставке энергоносителей с коэффициентами, которые малопонятны людям вне этой сферы. Сейчас приходит срок, когда Россия будет перезаключать такие договоренности со своими партнерами. Мне кажется, что официальный Минск хотел бы эксклюзивных отношений в этой сфере. Но, скорее всего, уже не получит. Со времен, когда в Кремле от Союзного государства перешли к евразийскому проекту, эксклюзивности в белорусско-российских отношениях стало значительно меньше.
А в рамках ЕАЭС властям Беларуси сложнее выбить для себя какие-то преференции.
— Посол России в Беларуси Михаил Бабич заявил, что рассчитывает на качественно новый рывок в отношениях между Минском и Москвой в 2019 году. На ваш взгляд, что он имел в виду?
— Такого рода заявления не обязательно наполняются каким-то смыслом. Далеко не все из того, что предусмотрено договоренностями, выполняется. К примеру, согласно союзному договору у Беларуси и России уже давно должна была появиться единая валюта Союзного государства, должен быть конституционный акт, союзный парламент. Но ничего этого нет. Хотя когда все эти документы подписывались, первоначально были такие же громкие заявления.
— Возможно ли в принципе качественное изменение в отношениях между двумя странами в нынешних условиях?
— Возможно многое. Все зависит от позиции Москвы. Если Россия будет рассматривать Беларусь как часть Евразийского союза, тогда у Минска — слабые позиции. Руководству Беларуси нужны эксклюзивные отношения с Кремлем. В принципе, о спонсировании белорусской экономики речь, наверное, не идет. Но сотрудничество может быть взаимовыгодным. А его нет. К примеру, в течение уже многих лет белорусский военно-промышленный комплекс не получает заказов от российской стороны на развитие научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Беларусь выпускает оборудование и технику, которые востребованы российским ВПК, но которые были разработаны намного раньше. При этом Россия на своей стороне разрабатывает параллельные производства, которые могут исключить необходимость заказов у белорусской стороны.
Белорусская сторона озабочена происходящим. Не случайно, когда Беларусь разрабатывала, например, ракетный комплекс «Полонез», партнером выступил Китай, а не Россия. Когда Москва отказывается от эксклюзивных отношений, Минску приходится искать замену. Со временем, вероятно, будет найдено какое-то равновесие взаимных интересов, но в чем оно будет заключаться, говорить сложно. Есть сферы, где мы сотрудничаем. К примеру, голосуем в ООН так, как выгодно Москве. Но ввязываться в конфликты вместе с Россией Беларусь не готова.