С самого детства я был увлечен романтикой дикого капитализма и такого же дикого предпринимательства. Я зачитывался рассказами О Генри и Марка Твена, что явно искалечило нежную детскую психику, и следуя примерам из книг любимых писателей, я старался применить свой предпринимательский талант везде, начиная с переписывания кассет для одноклассников и заканчивая написания им же сочинений и рефератов, что давало весьма неплохой доход для скромного провинциального паренька и позволяло даже ПОКУПАТЬ, просто вдумайтесь в это слово, радиодетали для своих поделок.
В 1994 году в провинции это было сильнее, чем сегодня смена одного поколения Iphone на другое.
Ту же покупку мощного выходного транзистора для радиостанции я помню до сих пор, те эмоции и как он выглядел. Как я укладывал его в коробок, нес домой, и как трясущимися руками впаивал в плату…
К выпуску из альма-матер я уже был почти что акула капитализма, делец, у которого для блестящего будущего не хватало одного: стартового капитала. Вернее он был, но за месяц до выпуска он испарился вместе с одним из работников сервиса, который был открыт за год до выпуска.
Ситуацию усугубляло то, что через что проходит, наверное, каждый мужчина, если только он не гей или какой-нибудь совсем отмороженный сектант: в мою жизнь вошла Она!
И Она бы не стала ждать пару-тройку месяцев, а то и все полгода, пока новый проект выйдет на расчетную мощность и можно будет жить на доходы с него. Пришлось искать альтернативный выход и выход был один — искать работу...
Внутри всё протестовало, но деваться было некуда, ради Неё надо было терпеть.
Работа нашлась в старом купеческом городе Самаре и заключалось в обычном администве образца 2000 года. Файловый сервер на незабвенной NT-4, настроенной моим предшественником и три десятка менеджерских и бухгалтерских мест на 98й Винде и, чтобы жизнь медом не казалась, пара удаленных филиалов в разных промзонах той же Самары, где тоже было по паре компьютеров и по страшно глючащему АДСЛ-модему.
И всё было относительно хорошо, пока самому главному учредителю не захотелось лично контролировать всё происходящее на чуткий глаз видео-камер .
И начались приключения!
Выбор компании, которая должна была поставить камеры и их настроить, был поручен одному из старших продажников, что сразу заставило играть проект всеми цветами радуги.
Позвать к обсуждению технаря, то бишь меня, решили лишь к финалу драмы под названием «Откат», когда исправить что-либо было уже невозможно. Но отступать было уже некуда, мудрое руководство уже подумало и всё решило. Я же, хоть и упирался как мог, был назначен ответственным за стройку века...
Монтажники фирмы свое дело знали неплохо, быстренько протянули кабели до легкодоступных точек и повесили на них камеры. Оставалось ровно четыре камеры, но с ними была проблема: их надо было разместить на высоте не меньше 10 метров и направить в разные стороны.
Проблему надо было решать срочно, и первой мыслью было вкопать бетонный столб, но была проблема: как на нём разместить площадку для крепления камер? Да и как оказалось, эти столбы не вкапывают, а забивают сваебойной машиной, час аренды которой был сопоставим с арендой Шатла, для вывода на орбиту спутника.
Потом возникла мысль сделать бетонную подушку и поставить в неё вертикально толстую трубу. Но этот вариант мне не нравился тем, что верхушка трубы могла качаться. Вопрос был уже почти как у классиков: «Что делать?»
Надо было вспоминать про диплом и университетское образование. Но была одна маленькая проблема: я учился на электронщика, а не на строителя и слово «сопромат» вызывало во мне священный трепет.
Но когда это останавливало студента, пусть даже бывшего!
Был найден учебник по металлоконструкциям, выбрана симпатичная картинка, с хорошо разобранным примером, заточен карандашик и включен калькулятор.
К утру следующего дня чертеж, нагло спертый из учебника, был готов. В задачу были подставлены свои цифры, а результат, для надежности был умножен на два. Ну чтобы было. Для надежности.
Убедить шефа выделить деньги на экскаватор, миксер бетона и сварщика с большим количеством толстостенной трубы, имея такой красивый проект, чем-то неуловимо напоминающий Шабаловскую телебашню, было детской задачей.
Шеф, будучи гуманитарием, был совершенно заворожен, как бандерлог коварным Каа, словами о «ветровой нагрузке» и «хрупком разрушении».
Не прошло и недели, как стальная «ёлочка» нависла над окрестностями, подавляя своей тяжеловесной грацией.
Прошло уже почти 20 лет, иногда я проезжаю мимо бывшей работы, вижу за забором мою первую конструкцию, и каждый раз я вспоминаю слова старого инженера-механика, умнейшего человека: «Иногда надо не умничать, а просто поставить трубу. Без всяких ветровых нагрузок».