С четвёртым февраля источники связывают сразу несколько зна́ковых инициатив Петра нашего Первого… например – указ 1720 года об установке в столице шлагбаумов. (Кстати, немецкое словечко Schlagbaum означает «упавшее дерево»). Заставы на ведущих в город (а также – из него) дорогах существовали и раньше – а теперь появятся вышеназванные штуковины – и полосатые будочки караульных впридачу. Проезжающим такое ограничение права на передвижение нравилось не слишком – даже спустя сто с лишним лет Александр Сергеевич упомянет устройство в своих «Дорожных жалобах»:
Иль мне в лоб шлагбаум влепит
Непроворный инвалид…
…Ему вторит Лажечников в «Ледяном доме»: «…он грезится мне и во сне, как шлагбаум, который, того и гляди, ударит меня по голове». И, ведь, как говорят, случаи и впрямь бывали!.. (То ли дело сейчас – всё автоматизировано… правда, справедливости ради, и понатыканы эти самые шлагбаумы буквально повсюду).
…Идём дальше. К 4 февраля 1719 года некоторые относят указ о проведении первой переписи… (Надо сказать, она была совсем не первая – вдобавок, называются и другие даты… но факт остаётся фактом – царь распорядится: «взять сказки у всех (дать на год сроку), чтобы правдивые принесли сколько у кого в которой деревне душ мужеского пола…»). Дело растянется на три года – а потом статистика будет подвергнута ревизии – в результате по ревизским сказкам насчитают около пяти миллионов душ… Неясно, насколько результаты удовлетворили Петра – а вот перепись 1710 года он забанит, поскольку та покажет за тридцать с небольшим лет убыль на добрых двадцать процентов…
…Потому некоторые специалисты утверждают – правление царя-реформатора стоило стране до трети населения. Другие не согласны… на самом деле, статистика военных потерь и смертности на стройках века (вроде Питера) такой убыли, действительно, не демонстрирует. Скорее всего, дело в несовершенстве методов подсчёта – цели-то были фискальные, описывали податные сословия!.. Соответственно, за некую мзду деревеньку-другую можно было и утаить…
…Продолжаем. 4 января (по н. ст.) 1722 года была утверждена «Табель о рангах» – этот закон о госслужбе просуществует до 1917-го – само собой, с изменениями. Тем не менее, рангов останется четырнадцать – а чины будут распределены на три категории: воинские, статские и придворные. В духе времени, предпочтение отдавалось военным – низший, XIV армейский чин прапорщика (именуемые тогда фендриком) уже приносил потомственное дворянство; на гражданке было необходимо дослужиться до VIII класса – то есть, коллежского асессора. (Личное дворянство, впрочем, давали сразу). Само собой, на привилегированном положении находилась гвардия: гвардейский полковник соответствовал IV классу; армейский – только VI.
Установлена была и надлежащая форма обращения – с XIV по IX класс – «Ваше благородие»; с VIII по VI – «Ваше высокоблагородие»; V – «Ваше высокородие»; с IV по III – «Ваше превосходительство»; наконец, с I по II – «Ваше высокопревосходительство». (Неясно, почему так обособлен V класс – но к нему относились армейский бригадир, флотский капитан-командор, гражданский статский советник – и целая куча придворных чинов, вроде обер-гофшталмейстера, обер-гофмейстера, тайного кабинет-секретаря и обер-церемониймейстера). А вот боярам, думным дьякам или окольничим в Табелиместа не найдётся!..
P.S. …Наконец, как будто, именно 4 февраля 1717 года в петербургской типографии будет отпечатано «Юности честное зерцало, или Показание к житейскому обхождению, собранное от разных авторов»… Впрочем, это – совсем другая история.