Я очень хотела пойти в школу, я хотела учиться, хотела читать, считать, хотела стать умной, получать пятерки чтобы мама гордилась. Но боялась, очень…, что моим обучением будет заниматься отец, которого я боялась до жути. Я уже писала о моей жизни с рождения до семи лет в моем блоге с названием: «Первые семь лет моей жизни наполненные страхом, унижением, болью или папы бывают разные». А отец постоянно говорил, что я тупая и он будет следить за моим обучением в школе. А занимался он со мной с помощью унижений, оскорблений и побоев.
Настал день перед первым сентября, помню, как боялась проспать, как хотела надеть школьную форму и туфли. Школьная форма тогда была редкостью она появлялась в продаже и тут же пропадала. Мы почти каждые выходные ездили с мамой по магазинам, где по слухам, выкидывали форму. Их, кстати, таких магазинов было не много, три вроде. Ведь надо и померить еще, это было очень приятное занятие для меня, я была с мамой, нам было хорошо вдвоем. Форму мы купили с белым праздничным фартуком, а еще надо было ежедневный черный или коричневый, но его мы так и не нашли. В итоге я ходила три дня белом фартуке, пока маме не сказали, что это неправильно. В итоге она его как-то перекрасила в черный. Туфли в школу мама мне купила заранее, и я на них смотрела, примеряла, но ходить боялась, вдруг поцарапаю. Где мама купила эти сказочные и красивые туфли, которые были мне велики на размер - загадка. В те советские времена, что-то новое из одежды и обуви было роскошью. В основном дети донашивали за сестрами, братьями или друзьями. Пыталась достать из памяти ранец, но никак, туфли и форму помню, а ранец нет, жаль. А еще цветы, мы заранее поехали к какой-то знакомой мамы в деревню за гладиолусами, я сама их выбирала, было так все знаменательно. Мама пыталась сделать все, чтобы мой первый день в школе был значимым для меня. Она даже взяла больничный на неделю, чего раньше не было, она больная ходила на работу и после побоев отца, всегда ходила.
В школе мне очень понравилось, у нас была необыкновенно красивая учительница, она с каждым поздоровалась за руку, с каждым поговорила о его увлечениях, она была удивительная, такая вся нежная, воздушная, с тихим и приятным голосом. Помню, что в конце каждого урока она говорила, ребята я понимаю, что кто-то из вас, что-то мог не понять, это нормально, подойдите и я еще раз именно вам объясню, не стесняйтесь. Я обожала оставаться на продленку, она так увлекательно читала, а еще помню игру, расскажи сказку наоборот. Она читала сказку, мы должны были рассказать, перепутав все, например бабушка должна была съесть волка, а красная шапочка должна была нести не пирожки, а ружья охотников, было весело мы смеялись до слез. А еще всплыл в памяти случай, как учительница попросила рассказать о мужчинах в семье. Вышел один мальчик и стал рассказывать о старшем брате, что он прогуливает школу, что нюхает клей, что кричит на маму и иногда бьет ее. Она не прервала его рассказ, она дослушала, а потом так спокойно спросила, ты хочешь быть таким как твой брат, он говорит нет я люблю маму, тогда люби маму и не совершай ошибок брата, а он станет взрослым поймет как был не прав и будет страдать, ему будет очень больно, но он уже не сможет ничего вернуть…. Просто будь в этот момент рядом с братом и помоги ему это пережить. Тогда у меня мир перевернулся, я почему-то пожалела отца, я подумала, что нет никого кто его жалел, поэтому он такой злой, я тогда не понимала, что это алкоголизм и просто ненависть ко мне. Помню, как сидела на этом уроке и слезы текли, от жалости к отцу, мой мир семилетней забитой девочки развернулся на 180 градусов.
Я решила попробовать не боятся его, а жалеть, мне казалось так будет проще. Хотя дома ничего не изменилось, он также издевался и бил, но я смотрела на него не со страхом, а с жалостью. Однажды я пришла со школы, а он был дома, я пошла к себе в комнату и стала что-то рисовать, он зашел ко мне провел рукой под кроватью и показал мне пыль на руке. Я тогда уже умела подметать и мыть пол, но сама почему-то не делала этого, только вместе с мамой или когда она скажет, что пора. Соответственно началось, что ты хлеву живешь, свинья, тварь все крики сопровождались побоями, параллельно я бегала за тряпкой, мочила ее, и бежала мыть пол, и конечно мыла я не так, тряпку держала не так, отжала ее не так, за что мокрой тряпкой по спине и получила не один раз. В это момент пришла мама с работы и естественно, он переключился на нее. Я выбежала в коридор и позвонила соседке в надежде, что она дома и сможет что-то сделать. Соседка выбежала, она была бойкая и покрупнее мамы. К слову, мама моя 155 см роста и 40 кг веса, и я в нее пошла, а отец 185 см и 80 кг. Соседка схватила с плиты сковородку и давай на него замахиваться с криками я ментов вызвала, а ну спать иди. В итоге у мамы разбитый нос и губа, у меня просто синяки на теле. Обычно отец на лице мамы не оставлял следов, но с этого раза все изменилось. Теперь мама всегда была с синяками и естественно с работы ее уволили. Именно поэтому я запомнила этот случай, потому что с этого момента кушать я хотела всегда, бабушка привозила консервы и макароны, отец в пьяном угаре ее спускал с лестницы, я пряталась у соседки, мама принимала на себя все прелести алкоголизма, короче было очень сложно… Потом отца закодировали, бабушке спасибо, тогда массово всем вшивали торпеды. Отец нашел какую-то работу, ездил в командировки, и вроде все стало налаживаться. Мама тоже вышла на работу. Год был в целом хороший, если родители и ругались, то без драк. Меня отец просто игнорировал, а мне большего и не надо. Я училась, училась хорошо, старалась.
Как говориться всему хорошему приходит конец. Отец попал в аварию и опять запил, торпеду эту вырезал ножом на кухне. Тогда я вообще не понимала, что он делает, понимала только, что все кончилась...
Была середина третьего класса, когда отец решил проверить впервые мой дневник. Решил вспомнить о своем обещании заниматься моей учебой. В итоге увидел двойку за поведение, в тот день многим поставили, наша учительница заболела и на замене была жуткая преподаватель. Она кричала, била указкой по столу, и кто проронил хоть слово получил двойку по поведению. Отец, увидев двойку схватил ремень, швырнул меня на диван и стал бить. Я молчала, просто плакала и закрыла уши, чтобы не слышать, что он говорит. В этот момент мама пришла с работы и, конечно, ей тоже сильно досталось. Самое страшное для меня было, что в этом виновата я, в побоях мамы. Мама как-то смогла его отправить на кухню, меня попросила уйти в свою комнату. Потом они долго разговаривали на кухне, не знаю о чем, но после этого отец больше не лез в мою учебу.
На этом рассказ о начальной школе заканчиваю. Далее будет рассказ о еще шести школьных годах.