Частый перезвон пробился сквозь сон, выдернув из сладкой неги. Рефлекторно пошарив по тумбочке, я попытался выключить надоедливый будильник, но тот ни в какую не хотел замолкать. Не выдержав, с силой швырнул его в стену, только и это не остановило раздражающую мелодию. С трудом пробуждающееся сознание припомнило, что мне уже как два года не приходилось вставать по будильнику, и бедолага, служивший мне верой и правдой, пострадал зря.
С трудом поднявшись и закутавшись в одеяло, я направился к входной двери и, не дожидаясь очередного звонка, распахнул ее. Передо мной стоял мужчина средних лет в военной форме и протягивал небольшую шкатулку.
- Господин Атамур?
- Да, - на автомате ответил я. Вот что-что, а мундир имперской армии увидеть не ожидал. - Чем обязан?
- Последняя воля Дона Гута.
- Последняя что?
- Дон Гут скончался. В своем завещании он изъявил желание, чтобы это досталось вам, - отчеканил вояка, вновь протянув мне замысловатую шкатулку.
Я молча принял ее и захлопнул дверь, проигнорировав порывавшегося что-то сказать мужчину. Сейчас было не до него. Совсем не до него...
Пройдя в комнату, рухнул в старое кресло, от чего то жалобно скрипнуло. Всего неделю назад же был у него в поместье на дне рождении Куты. Да, выглядел он не очень хорошо, но не критично. К тому же, как мог маг его уровня просто так взять и умереть?! Непостижимо...
Я крутил в руках замысловатую шкатулку из мезордия и рассматривал ее со всех сторон: уникальный сорт древесины, используемый для экранирования любого магического излучения. Помню, как точно в такой же шкатулке Дон Гут вручил мне перстень, с которым я отходил все семь лет, проведенные вместе с доном на войне. Не сказал бы, что война пришлась мне по душе, но это было лучшее время в моей жизни. Там я был хоть кому-то нужен, а не спивался от безделья, как сейчас...