Каббала – это самая лирическая и в то же время самая прагматическая наука.
Есть люди, которые ощущают все в чувствах, и есть такие, кто эти чувства переводят во всевозможные функции, математические уравнения, связи, взаимодействия.
К примеру, математика описывает все взаимодействия, которые только возможны в природе на всех уровнях, во всех состояниях. Но она ставит это в определенные взаимосвязи между собой, называемые формулами. Мы эти формулы не понимаем и не знаем, что за ними стоит. Но если бы знали, то они были бы для нас живыми.
То же самое происходит и в науке каббала. Она объясняет нам взаимодействие всевозможных связей, но того мира, который мы не ощущаем, – духовного мира.
Зачем тогда изучать каббалу, если мы не ощущаем духовный мир? – Для того чтобы приблизить себя к этому миру.
Таким образом, прагматика и лирика, физика и лирика, математика и чувства взаимно связаны между собой. Причем в алгебре, к примеру, природа описывается математическими значками.
Так же и в каббале чувства выражаются всевозможными схемами, сочетаниями буквенных знаков. А если вы раскроете "Учение Десяти Сфирот" в его оригинальном виде, вы увидите очень сложные предложения, но все они говорят лишь о том, как мы воспринимаем Высший мир. В них нет ничего другого, кроме описания Высшего мира человеком, который раскрывает его для себя.
В каббале нет никакой мистики, никакой религиозности. Мы говорим о том, что человек раскрывает в своих чувствах, причем настолько явно, что может дать этим чувствам градуировку, правильно взвесить, измерить, описать их соотношение. Он практически окунается в самую базисную плоскость мироздания, на которой существуют всего лишь две силы: получения и отдачи.
Сила отдачи/любви – это сила Творца, которая строит над собой свойство творения – свойство получать. Обе силы влияют друг на друга. Творение, начиная расти, влияет на Творца, а Творец в соответствии со Своим планом развивает творение. И все это происходит в динамике, которая выражается в формулах и чертежах.
Это и есть наука каббала, т.е. физика Высшего мира, вместе с ее математикой, геометрией и лирикой. Ведь здесь есть такие вещи, которые мы воспринимаем, ощущаем и передаем друг другу чувственно. Но желательно, чтобы за этими чувствами стояли серьезные формулировки.
Это то, что в нашем мире не позволяет психологии и психиатрии стать науками. А в духовном мире мы можем четко описать наши ощущения, проградуировать, повторить, вернуться к ним, передать другим. Каждый воспроизводит их в себе, и таким образом это становится настоящей наукой.
