Дело было накануне нового, 1982 года. Тянулись последние, предканикульные уроки, но ёлка в спортзале уже стояла наряженная. Старшеклассники под руководством физрука и комсомольского актива устанавливали аппаратуру для предстоящих новогодних утренников, и монтировали цветомузыку на шведской стенке. Ибо директриса, после долгих уговоров дала добро на проведение «Новогоднего бала для старшеклассников», сиречь молвить – дискотеки. Вся школа замерла в предвкушении. Мы с приятелем учились тогда в седьмом классе, во вторую смену, и на перемене заскочили в спортзал, так просто, поглазеть. А там суета, парни кабеля таскают, прячут, чтобы под ногами не мешались, елка стоит, благоухает… хорошо. Мы уже собрались уходить, как раздалось: «Ну, что, все готово? Пробуем?» И кто-то невидимый нажал кнопку «пуск» на магнитофоне. Из колонок раздался звук электронной музыки, удивительно чистый в пустом зале, такой неспешный, сопровождаемый «космическим» бормотанием робота. Замигали огоньки. Мы замерли…