Вспомнилась история из молодости — о северной погоде и женских каблуках.
Норильск славен не только Норильским Никелем и экологическими последствиями его деятельности, но и суровым климатом, а так же зимними пургами, с ветрами, достигающими 20-30 и более метров в секунду.
Был я молод, жил в городе-спутнике Норильска Талнахе, и каждое утро ездил на работу на талнахскую ТЭЦ. Однажды зимним утром, собрался я на работу. Прогноз погоды по проводному радио прозевал, но выглянув в окно, увидел, что метёт. Ну метёт и метёт, эка невидаль.
Дом в котором я жил, был расположен таким образом, что в случае пурги, во дворе махом наметало сугробы, а с обратной стороны дома наоборот, выдувало весь снег, да до блеска, как на катке. Проезды во дворах периодически чистили, но за полчаса сугробы наметало снова, еще выше и непроходимее. Вышел на улицу — двор заметен, пробираться по снегу неохота, воткнул в уши наушники, включил плеер, застегнул капюшон, и под бодрую музычку пошел на остановку в обход.
Расположение домов в Талнахе вообще, и на 5 его микрорайоне в частности, еще ждет своих исследователей — они все расставлены так, что в проходах между ними в пургу начинают работать аэродинамические трубы. В этих трубах люди вынуждены принимать самые невероятные положения относительно вертикали, чтобы не быть унесенными в снежную мглу, или наоборот, пробиться сквозь стену ревущего воздуха.
Пробился я через такую трубу навстречу ветру, вышел со двора. Иду, ветер в хлебало, варежкой лицо прикрыл — одни глаза наружу, в голове музыка гитарные рифы с ветром увязывает — чувствую, в такую погоду ждет меня приключение.
Вдруг сквозь шум ветра и музыкальное сопровождение слышу откуда-то со стороны дома писк какой-то. Не сразу и понял, еще несколько шагов прошел, и тут перерыв между треками, и теперь уже явственно так: «Помоги-и-ите!» Капюшон, боковому обзору не способствует, пришлось всем телом поворачиваться — смотрю стоит возле дома женщина — худенькая, в дубленке, в сапожках на каблучках. Под ногами лед блестит, уцепилась в дом, чтобы не взлететь (видать порывом с нескользкого участка сдуло), и сдвинуться не может — опоры ногам нет, скользко, да еще ветер ее, как флажок трепыхать норовит.
Подошел к ней, со льда сдернул. Ухватила она меня под руку, проводи, говорит, меня до дому — видала я работу в такую погоду, где не скажу. А пурга лютует! И на работу опаздывать не охота, но не бросишь же женщину на волю ветра. Довел ее до подъезда, благо недалеко оказалось. Поблагодарила она меня душевно, и говорит:
— А ты, мил человек, если на работу путь держишь, так можешь расслабиться — по причине природного катаклизма, общественный транспорт движение прекратил, да по гаражам рассосался. Я уже попытку поработать совершила, сам видел чем это закончилось., Так что, ступай-ка, ты, добрый молодец, обратно домой, да наслаждайся непредвиденным выходным.
Я конечно за предупреждение поблагодарил, но для очистки совести, до остановки все же решил добраться, да заодно и удаль свою молодецкую погоде показать.
Дошел до остановки, простоял минут 20 —ни одного автобуса, даже намека на него. Зато коллегу встретил, в соседних домах жили. Ну не до вечера же автобуса ждать! Пошли по домам, но потом передумали, зашли в магазин, взяли водочки (она тогда как пепси-кола, или там фанта, в баночках алюминиевых продавалась), и пошли отмечать окончание так и не начавшегося рабочего дня.