Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

ПОЕЗДКА В ПРОШЛОЕ

Я гнал машину, периодически ложа стрелку спидометра в горизонт, и ловил себя на желании убежать от происходящего сейчас со мной. Зачем, вдруг, я набрал номер, внесенный в телефон два года назад и успешно забытый. Тогда я теоретически понимал, что невозможно вернуться в прошлое на 45 лет. И, вообще непонятно зачем, этот номер передала моя сестра. Решила, похоже, закрыть мой постоянный вопрос к ней при наших встречах: «Как там Таня живет?». Таня, Таня… Первая мечта моей молодости. Впервые я увидел ее пятнадцатилетней на «танцах» в городском парке. Ей только-только разрешили выходить на вечера отдыха, практиковавшиеся для молодежи в то время по выходным дням. Были попытки устройства таких вечеров в среду, но, посещаемость в будний день была никакая. Не заметить Таню я не мог, поскольку в свои восемнадцать лет уже определился с идеалом женской красоты. Стройная, с плавными, вполне оформившимися формами фигура, правильные, с некоторой долей детской припухлости, черты лица в обрамлении мя

Я гнал машину, периодически ложа стрелку спидометра в горизонт, и ловил себя на желании убежать от происходящего сейчас со мной. Зачем, вдруг, я набрал номер, внесенный в телефон два года назад и успешно забытый. Тогда я теоретически понимал, что невозможно вернуться в прошлое на 45 лет. И, вообще непонятно зачем, этот номер передала моя сестра. Решила, похоже, закрыть мой постоянный вопрос к ней при наших встречах: «Как там Таня живет?».

Таня, Таня… Первая мечта моей молодости. Впервые я увидел ее пятнадцатилетней на «танцах» в городском парке. Ей только-только разрешили выходить на вечера отдыха, практиковавшиеся для молодежи в то время по выходным дням. Были попытки устройства таких вечеров в среду, но, посещаемость в будний день была никакая. Не заметить Таню я не мог, поскольку в свои восемнадцать лет уже определился с идеалом женской красоты. Стройная, с плавными, вполне оформившимися формами фигура, правильные, с некоторой долей детской припухлости, черты лица в обрамлении мягких светлых волос, большие серые глаза – она была просто чудом. Конечно, в тот, первый, ее вечер, я танцевал с ней, а потом провожал домой. Условно провожал- ее дом был в ста метрах от парка. И «проводы» проходили по аллеям парка и вокруг фонтана. В силу юношеского максимализма, наличия гиперактивности (последствия спортивных увлечений) и недостатка разума (до тридцати лет, когда мужик умнеет, было еще далеко), мне хотелось объятий ее нежного тела и немного поцелуев, а вот ей было страшно. Это она пыталась вбить в мою неразумную голову, как в тот вечер, так и в другие, последующие. Но, я ничего не понимал… Не понимал, что ею получено правильное воспитание, требующее большей сдержанности в отношениях мужчины к женщине. Увы, на которую я был не способен. Поскольку, плюсом ко всем своим недостаткам, считал, что табу начинается где-то перед близостью, а ведь я, на том этапе отношений, на нее совсем не претендовал. Только Тане чистоту своих намерений мне донести не удалось. В итоге, она стала уклоняться от встреч, ею же одобренных. В отношениях возникла ситуация «ни да - ни нет». Я заставил себя поступать адекватно: не настаивать на встречах, не подходить к ней. И, даже, с этим смирился. Настолько, что не заметил ее попыток вернуть меня.

Появилась она неожиданно на моих проводах в армию. Привели Таню ее одноклассники, с которыми я дружил. Я играл на гитаре и пел ей песни. Почему-то, запомнилась «У берез и сосен», видимо оказалась в тему наших отношений. И, конечно, она опять ожидаемо была строга. Потом, Таня приехала с моей сестрой в учебку, где я провел первые шесть армейских месяцев. Моя память услужливо помогла мне забыть детали нашей встречи, но, вот, заплаканное Танино лицо до сих пор стоит перед глазами. Служба после учебки дала возможность пользоваться армейской телефонной сетью, и я несколько раз звонил Тане. Разговоров не получалось. Таких, как хотелось.

Закончилось все после года службы, когда я приехал в отпуск. Первый же вечер «танцев» я начал с ней. Наше танго стало продолжением темы «У берез и сосен». Я почувствовал, что моя девочка Таня изменилась. Того, что притягивало нас друг к другу нет, а времени отпуска- оставшейся недели, катастрофически мало для исправления ситуации. В последний «танцевальный» день перед возвращением на службу я снова пригласил ее на танец, но, уже прощальный. Так и сказал ей тогда. После «танцев» встретил ее в обществе демобилизовавшегося товарища, с которым до армии играл в футбол в одной команде. Он то и стал Тане спутником на последующую жизнь.

Впоследствии, я изредка приезжал в свой городок, и поначалу заходил в магазин, где Таня работала продавцом. Чтобы поздороваться. Позже, просто задавал вопрос сестре: «Как там Таня живет..?».

… И, вот, раскручивающаяся лента асфальта выносит меня на «берег обетованный»: мой родной провинциальный городок в катаклизме упадка и разрухи, при ликвидированных градообразующих предприятиях максималистически отражает бедствие страны. Но, я здесь для практической проверки вероятности встречи со своим прошлым. Поблуждав немного, и скорректировав маршрут по телефону с Таней (конечно, я к ней отправился), прибываю к дому назначения. Встретила совершенно незнакомая пожилая женщина. И сколько я не вглядывался, не увидел ни одной знакомой черты. Той Тани не было. Она оставалась там, в Прошлом. Необходимо отметить, я был встречен подобным заявлением: «Если бы ты проходил мимо- не узнала бы». Вот тут умерла последняя надежда, и мне открылась истина, соответствующая теории мироздания: настоящее и прошлое несовместимы на большой временной дистанции. Для человека! Как бы, порой, не хотелось обратного! Мне же оставалось довести до конца мой визит вежливости, и исчезнуть навсегда, храня свое Прошлое в памяти.