...Сэр Томас Липтон стоял у окна отеля Grand Oriental и задумчиво смотрел на погрузку своего товара на корабли, стоявшие в порту Коломбо. Через несколько месяцев эти огромные тюки, наполненные лучшими листьями чая со склонов Нуара-Элии, достигнут его магазинов и лавок в Лондоне и Глазго. Этот товар точно окупит его затраты на дальнюю поездку сюда, на Цейлон. Он чувствовал, что не зря потратил значительные средства на покупку земель, где еще недавно росли кофейные кусты, внезапно уничтоженные болезнью. Разорившиеся владельцы погибших кофейных плантаций продавали их за бесценок. И Липтон решил рискнуть. Уже в этом, 1890 году, остатки кофейных кустов будут уничтожены, а на их месте начнут крепнуть кустики чая. Придется подождать, когда созреет его собственный чай, а сейчас можно покупать листья у соседей. Все у него получится.
Сэру Томасу запомнился вчерашний ужин в ресторане отеля, где он познакомился с двумя русскими: молодым доктором и мичманом с корабля «Петербург», который пару дней назад стал в порту Коломбо. Веселый доктор был приятным и образованным собеседником. Он плыл с далекого северного Сахалина и видно было, что соскучился по общению. Разместился доктор по соседству, в 304 номере.Узнав, что Липтон купил здесь плантации чая, русский сказал хорошую фразу: «А вы знаете сэр, ведь Ваше начинание весьма рискованное, но дальновидное. Вы рискнули подать чай вашим соотечественникам с плантации прямо в чашку! Мне кажется, что они это оценят».
«Прямо в чашку, прямо в чашку», - задумчиво твердил Томас Липтон, стоя у окна и представляя фигуру сингальской женщины с корзиной чая на голове.
***
…Лето 1902 года выдалось жарким. Даже ветерок с Ай-Петри не избавлял от дневного зноя. Выйдя из повозки у дома графини Паниной, Антон Павлович вытер платком пот со лба. Лев Николаевич уже ждал гостя на террасе. На столе как обычно стоял самовар. Эта привычка графа пить чай в жару была хорошо знакома Антону Павловичу и он, как доктор, вполне ее поддерживал.«Хороший чай никогда не вредит здоровью», - любил говаривать граф, попивая из блюдца горячий напиток и закусывая его колотым татарским сахаром. «А вы вовремя, Антон Павлович! Испробуйте-ка хорошего английского чаю, мне его вчера подарили очередные ходоки», - широкая и мягкая рука графа протягивала бумажную пачку с английским текстом.
Чехов с интересом посмотрел на упаковку. Молодая темнокожая девушка держала на голове огромную корзину с чаем. Через всю пачку шла надпись: «С плантации прямо в чашку!».И подпись «Чай Томаса Липтона».