Что за прелесть эти сказки,
каждая есть поэма!
А.С.Пушкин
1.Москва
Прислонившись к теплой батарее Герда смотрела в окно на место, где когда-то стоял памятник Железному Феликсу. В одной руке Герда держала свои старые и промокшие сапоги из крокодиловой кожи в другой пакет с пирожками с капустой. Окно располагалось в маленьком читальном зальчике в историческом здании спецслужб на Лубянской площади.
Герда заказала давно искомое архивное дело «Студент». Через полчаса очень серьезный и вежливый сотрудник принес тонкую папку в грязно-розовой картонной обложке и передал ей прямо в руки. А сам остался тут же в читальном зале охранять дело и Герду.
Герда села за письменный стол у окна, подстелила под ноги толстый свежий номер «МК». Ноги в мокрых колготках быстро согрелись и Герда с головой погрузилась в события «глубокой древности», распечатанные на серых листах папиросной бумаги с прыгающими буквами машинописного текста или испещренными детскими каракулями…
«Сов. секретно.
Экземпляр №2.
Начальнику Особ.отдела
47-й запасной стрелковой бригады
9 мая 1942 г. Ст. Сурок Марийская АССР
Рапорт №1/42
Источник при встрече сообщил, что в расположение 47-й ЗСБр с воинским эшелоном пополнения из г.Ашхабада прибыл красноармеец Р., который являлся до призыва был студентом МГУ и по состоянию здоровья является нестроевым. Отец Р. является ответ.работником Наркомздрав Союза ССР и по соц. происхождению из дворян польско-французской национальности.
Р. группирует вокруг себя идейно незрелых лиц, недовольных условиями воинской службы, критикует и подрывает авторитет командного состава, в нарушение приказа Наркома Обороны намерен вести дневник, может иметь при себе золотые изделия с фашистской символикой. Р.склонен к антисоветской агитации и пропаганде.
Мл. оперуполномоченный
сержант госбезопасности Швалев.
Резолюция: тов.Швалев. Немедленно заведите оперативное дело под условным наименованием «Студент» и возьмите всю контр-революционную группу в разработку!
Лейтенант Хрулев».
В деле были отражены события с апреля 1942 по сентябрь 1943года, семнадцать месяцев.
-Прямо Леозновские «Семнадцать мгновений весны»,-иронично подумала Герда.
На страницах Сурокского Дела солдаты голодают, умирают от хворей, несчастных случаев, убийств и самоубийств и очень хотят на фронт. Офицеры и сержанты, напротив, как-то не очень хотят на фронт, воруют казенное имущество, пьянствуют с морально неустойчивыми голодными, во всех смыслах женщинами, даже получают ордена за успехи в подготовке пополнения для фронта… Кто ссорится и не может «договориться по-любовно» с начальством, тот в добровольно-принудительном порядке отправляется на фронт. Неоднократно упоминался «Золотой портсигар с готической гравировкой, с изображением орла со свастикой, но помятый от попадания пули»…
Дело кончалось «Рапортом №13/43» от 11 сентября 1943 года:
…«Источник при встрече сообщил, что Р. неожиданно сбежал с воинским эшелоном на фронт под Смоленск на пополнение 6-го гвардейского кав.корпуса.. Дневник и Золотой портсигар при обысках в землянке и в клубе не найден».
Резолюция:
тов.Швалев. Вы дурак!!! Лес большой. Ищите с миноискателем. Если Вы не найдете дневник и золотой портсигар, я Вас самого на фронт «сбегу». Я научу Вас, б… ценить свободу!!! И сдайте дело «Студент» в архив!
Ст.лейтенант Хрулев.
Герда сидела в архиве еще три часа, пока не съела все пирожки. Сдала дело и поехала на Казанский вокзал.
-Надо искать Дневник- подумала Герда уже в поезде, засыпая под стук колес. Он «бедняга» лежит наверное с войны где-нибудь в Сурке под дощатым полом в избушке Особого отдела военного времени. Сейчас там, кажется, контора Лесничества на озере?
Через неделю Герда направилась в поселок Сурок.
2.Поселок Сурок
Было очень жарко. Герда сидела на теплых мостках, закатав джинсы и опустив ноги прямо в прозрачные воды Сурокское озера.
Неподалеку, в зеленом деревянном бараке Лесничества шел ремонт. С места распила бюджетных средств поднимались клубы пыли, доносилась невообразимая матерная брань и скрежет выдираемых ржавых гвоздей и буханье бросаемых досок.
Внезапно все стихло.
-За водкой пошли, сердешные!- вслух подумала Герда.
Однако, видимо не все пошли за водкой, на берегу появился белый от известковой пыли однорукий мужичок, за собой волочил огромный черный пластиковый мешок строительного мусора.
-«Однокрылый Серафим»- грустно подумала Герда.
Прямо на кромке воды пакетище лопнул, вывалив из своего черного нутра, какие-то картонные папки, куски линялых обоев, пластинки сбитой штукатурки с синей масляной краской, пустые водочные бутылки и обдав Герду белым едким облаком известкой пыли. Какая-то тетрадка в зеленой обложке упала прямо в воду.
-Дяденька! Ну что ж Вы мусоритете? Прямо в такое чистейшее озеро! Устроили Кучинский полигон!.. Ведь Год экологии объявили!
-Это у Вас в Москве год экологии, а у нас тут Республика «Мыло Ел…» Ну нас тут такая экология, что трудно ее испортить!.. Понаехали тут! Москвичи фиговы!- сказал Серафим и поплевывая пошел в сторону винного магазина.
Герда какой-то хворостиной выловила из озера промокшую тетрадку в зеленой обложке и прямо на веточке, как поникшее пионерское знамя понесла его на автобусную остановку.
3. Йошкар-Ола
Едва переступив порог своей квартиры и торжественно внеся тетрадку на палочке, Герда громко закричала:
-Кай, просыпайся наконец! Мы на пороге грандиозного открытия. Я нашла очередное и совершенно подлинное «Слово о полку Игореве»!
-Мама, ты на пороге грандиозного «шухера»! Вечно ты волочешь домой всякую дрянь! То глину синюю с Кокшаги, то старинные рукописи! Не квартира, а дом–музей какого-то безумного Уракчеева!- беззлобно отозвался из спальни сонный Кай.
Герда разобрала дневник на листочки и повесила каждый сушиться рядочком на бельевой веревочке в кухне.
Увы, на следующее утро Герда убедилась, что большая часть листов вырвана еще в военные времена, как пошутил Кай «на подтирки», текст почти весь размок от воды и прочитать его было практически невозможно.
Автор и составитель дневника был некто «…лав ...кий». На что Андрей сострил, как большой знаток английского: «Лав по-английски просто «любовь», а Кий это легендарный основатель русского города Киева! Там в рукописи не упоминаются, часом еще «…и братья его Шек, Хорив и их сестра Лыбедь»?
Особенно Герде понравился листик следующего содержания:
17 августа 1942 года. Ст.Сурок
Познакомился со студентом-строителем Ленькой Шишковым из Йошкар-Олы. Он попал в Сурок после тяжелого ранения и на переформирование, чтобы по излечению снова на фронт… Уж не знаю, чем я Леньке понравился. Попросил припрятать до «после войны» трофейный портсигар. Из чистого золота с орлом с девизом тевтонским.
Вот что Ленька мне рассказал: «Дело было в бою под Гжатском. Ворвались мы в немецкую траншею. Мат-перемат, стрельба,трассеры летят вовсе стороны, дым. Ничего не видно. Бегу по траншее, гляжу в закуточке в отхожем месте немец сидит и от страха какает, вонюче и громко. Я в его бесштанного фашиста в упор из ППШ бах! Один выстрел вышел и автомат заклинило. А он живой. Стал я с ним драться, весь в г… перепачкался. А немец хоть и в очках, но очень сильный , все кричал «Нихт шиссен», «Май либе киндер», матерится вроде. Еле одолел. Оглушил я его в висок незаряженной гранатой-«лимонкой» и еще долго бил прикладом, тут ему и смерть пришла… Долго отдышатся не мог ….Обыскал немца , а у него в нагрудном кармане портсигар. Пуля моя его помяла, но не пробила… Закопай в лесу, я после войны приеду к тебе в Москву и его заберу. Вместе пропьем. Кольцо обручальное и часы еще были , но их я отдал, в госпитале медсестре, что бы про портсигар молчала»…
Следующей странички не было.
-Кай! Я предлагаю отправиться на поиски Золотого портсигара! Выручить от его продажи не менее ста тысяч рублей и поехать в Италию!.. Или в Святую землю!!! Или на Байкал!.. Все на поиски таинственного Золотого портсигара! Завтра прямо автобусом на поселок Солнечный, потом от моста через речку Малый Кундыщ и вниз по течению 40 километров тайги! Вот уж что называется искать иголку в стоге сена!
4.Мостик Гейгера
Кай и Герда стояли на прямой как стрела военной автодороге «Солнечный –Йошкар-Ола» и ждали последний автобус.
Весь день они бродили по лесным дебрям по берегу Кундыша. Вот уж где был год экологии. Прямо посреди леса они постоянно натыкались на какие-то античные военные руины. Песчаная почва была усеяна кусками железобетона, отдельные куски, разбросанные давним взрывом были размером с голову. Взорванные ракетные шахты, ангары, глазницы немых огневых точек, минные поля, затопленные до краев подземелья. Кай, конечно, несколько раз поцарапался о ржавую колючую проволоку.
-Все посыпано радиоактивным пеплом как на картина Карла Брюллова!- иронизировал Кай.
-Все полито гептилом, словно майонезом в кулинарном шоу Юлии Высоцкой!- поддержала Герда.
Последний автобус до города, естественно, не пришел! Вдобавок пошел моросящий дождь.Кай и Герда спустились под железобетонный мост и уселись на старую автомобильную покрышку. Зажигалка Кая испустила последнюю искру и приказала долго жить. Измученные искатели сокровищ прижались спинами друг другу и задремали.
Герда очнулась от прикосновения чего-то очень холодного.
Небо прояснилось и из-под моста было видна полная луна…
Перед Гердой стоял небритый молодой парень в рваной солдатской форме времен СССР с гвардейским значком.
-Призрак! –догадалась Герда и даже нисколечко не испугалась.
-Милости прошу к нашему шалашу! Вы наверное «Черный ракетчик»?
-Нет я- «Черный дембель». Гвардии ефрейтор Киевско-Житомирской ракетной дивизии. Принял мученическую смерть при взрыве в ракетной шахте 11 сентября 1977 года. Гроб с Телом был направлен на Родину в цинковом гробу, но на самом деле мой труп не нашли. Положили в гроб старую шинель и ровно 70 кг белых силикатных кирпичей. И «подписку» взяли с родных. Что гроб не откроют. Вот я стал призраком бесплотным и бестелесным.
-А как звать то тебя, солдатик?
-Меня то? Тиньков Олег, тракторист-колхозник я из села Хреновое, призван в 1975 году райвоенкоматом Валуйки Белгородской области РСФСР!
При слове «Тиньков» Кай спросонья встрепенулся, вскочил со старой покрышки и лицо его изобразило неподдельный ужас!
-А вы часом не меня ищите, товарищ Призрак? А то я кое-чего Вам вроде должен? Но сколько точно я сам не знаю.
-Никто мне ничего не должен кроме министра обороны. Министерство обороны СССР тело мое должно найти и захоронить с соблюдением Воинских ритуалов, чтобы я не маялся вечно и грибников с рыбаками здесь на Кундыше не пугал!
Кай и Герда успокоились и для подержания разговора решили узнать у Призрака про Золотой портсигар. Вот что поведал Призрак:
«Ой православные, я ведь через этот самый Золотой портсигар и сделался Призраком… Поехали мы как-то с комбатом и его друзьями на рыбалку с ночевкой. Водки они набрали , каких-то баб они взяли. А меня заместо прислуги взяли дрова колоть, уху варить и червей копать.
А ездили в район железнодорожного моста через Кундыш. Вот копнул я лопаткой и что-то звякнуло. Копнул еще раз-портсигар золотой и немецким орлом, весь исписан немецкими словами и посередине орел и в лапах свастику держит. Всем хорош, только вмятина на нем большая–видно пуля попала.
Я портсигар торк в карман, а потом спрятал на своем служебном месте на Узле Связи. А служил я телефонистом в бункере, сидел за коммутатором по суткам. Все мы солдаты прятали под деревянной облицовкой, открутишь отверткой панель и хоть чемодан там прячь.
Когда осенью 1977 года старые ракеты увезли поступила команда все входы в подземные бункеры взорвать. А я уже на дембель собрался. Золотой портсигар у меня в тайнике был спрятан, я его до последнего не вынимал, чтобы свои же дембеля не украли в последнюю ночь.
Вот сидим в служебном ПАЗике. Все дембеля, кому до станции Куяр на поезд «Марий Эл». Вижу саперы провода тянут- бункер к взрыву готовят. Я изобразил, что мне по нужде надо. Выскочил из автобуса в ближайшие кусты. А сам бегом, такой крюк сделал и к запасному входу в бункер. Быстро по лестнице вниз, светил фонариком. Я много раз тренировался, все по секундам рассчитал. До взрыва 10 минут было, взрыв в 12.00.
Спустился до самого низа. Выкрутил шурупы. Сорвал облицовку. Золотой портсигар в карман. И уже хотел подниматься к выходу. Но решил еще письма от девушки Тани забрать. Немного она писала мне в армию из своей деревни, а потом замуж вышла за завклубом. А я все письма его хранил в тайнике. И даже и брать не хотел.
А тут вдруг так захотелось взять на дембель. Начал откручивать еще одну облицовку… И тут как треханет, все пылью заволокло. Меня так к стене приложило … Сколько я лежал в темноте я не знаю…
Встал я на ноги, видимо саперы поторопились. Тем более никто из дембелей и прапорщиков и не подумал, что я мог в бункер забежать с черного хода.
Фонарик я искал целую вечность. Нашел. Но пока я лежал без сознания он успел разрядиться. Я на ощупь стал подниматься по лестнице. Поднялся почти доверху. Там коридор должен быть к выходу длиной метров 50. Так вот весь этот коридор был обрушен. В полной темноте я попытался сдвинуть какие-камушки. Но уперся в стальную арматуру толщиной в руку.
Оставалось только молиться как Робинзону Крузо.
Так прошла неделя. Я смотрел на светящийся циферблат своих командирских часов и каждые два оборота часовой стрелки делал перочинным ножом зарубки на деревянных панелях коридора.
В полной темноте я собирал воду которая просачивалась сверху. Под панелями нашел какие-то «нычки», какие-то окаменелые пряники.
Я жил под землей уже три месяца. Меня не искали и не могли знать, что я жив. Я нашел в одной из комнат так называемый НЗ. Я прожил бы еще очень долго…
Но взрывом повредило какие-то подземные и забытые емкости в ракетным топливом. Их тоже бросили в спешке. Через микротрещины топливо просачивалось сквозь металл и бетон и в моем подземелье запахло гнилой рыбой и шпротами… Последней мыслью в моем угасающем мозгу, была фраза похмельного прапорщика Кравчука: «Если Вы почувствовали явно запах гептила, значит Вы уже покойник»… и я умер в Новогоднюю ночь 31 декабря 1977 года. Моя душа покинула остывающее тело и устремилась к лунному свету.
За сорок лет подземные воды затопили весь бункер…»
Начало светать. С первыми лучами солнца призрак стал невидим.
Кай и Герда вышли из-под моста. Тут подошел вчерашний автобус-«потеряшка» и они благополучно доехали до дома.
5.Портсигар всевластия
Через неделю Кай и Герда были в точке, указанной Призраком. Эту неделю здесь уже вовсю заправляла «мафия» по цветным металлам.
На нескольких грузовиках приехало несколько крепких мужчин во главе с сильно постаревшим похмельным прапорщиком Кравчуком.
Копатели работали в химзащите и изолирующих противогазах. Газорезкой и домкратами эта крепкая бригада в течении недели пробилась в подземелье. Мощными насосами откачали воду. У лестницы наткнулись на «нечто» покрытое слизью, полуразложившееся и мумифицированное, в обрывках военной формы. Это и был солдат Тиньков, погибщий сорок лет назад.
Бандиты вынесли его на листе фанеры и закопали его тут же неподалеку. В шутку прикрепили фанерную Красную звезду… Их добыча в виде цветного металла составила около ста тысяч долларов США.
Не успела осесть радиоактивная пыль под колесами их грузовиков, как на бывшей пусковой площадке №21 появилась Кай и Герда.
-Копай Кай!.. И поедем в Святую Землю! Песок как в песочнице! Если брезгуешь, то давай наймем какого-нибудь Куярского бомжа.
-Мама, это грех! Как никак это могила, чуть не воинское захоронение! И чует моя душа, что эта золотая болвашка не принесет нам с тобой счастья. Еще не хватало нам из-за нее переругаться или отравиться еще и гептилом. Мало я травился в жизни всякой дрянью!
-Хорошо, Кай!.. Ты видимо прав! Портсигар это почти как у Толкиена- «Кольцо всевластия» и от него надо обязательно в конце трилогии избавиться! Помятый пулей Золотой портсигар с орлом и свастикой унес уже много жизней и точно не принес, и не принесет счастья никому, на этой Чеховской Планете.
-Прощай Орел Тысячелетнего Рейха!..- вдохновленно напутствовала Герда.
Драгоценный портсигар описал плавную дугу, плюхнулся в черную воду с запахом тухлой рыбы и навсегда погрузился на самое дно заброшенной ракетной шахты.