***
С погодой повезло, пасмурность раннего утра сменилась ясностью дня. Верзилушка с Детинушкой явились на пункт сбора одними из первых. Там о чём-то очень горячо Атаман Запорожского казачьего войска спорил с действующим генералом ВВС РФ. Майор стоял при этом по стойке смирно, не веря, что с таким высоким чином можно так смело разговаривать.
О чём спорили генералы понять не удалось, потому как Атаман, завидев своих подопечных, сделал круговое движение рукой, положившее конец беседе. В одно мгновение Атаман и Генерал преобразились в благодушных добрячков, приветствующих спецназ Украины.
Атаман подозвал Верзилушку и спросил:
– Вы уже поняли, что вас ждёт десантирование с российского борта в следующий пункт вашего пребывания?
– Так точно, – на вытяжку из-за присутствия генерала отчеканил Верзилушка.
– Вольно, капитан. Не напрягайся излишне. Ты на службе другого государства состоишь. Хотя уважение к такому геройскому человеку тоже лишним не будет. Так вот, всё то время, что вы СУшки и ТУшки российские обживали, с теми, кто ранее не прыгал с парашютом, в ангаре номер восемь десантники российские занятия проводят. Там наши, наверняка, от страха трясутся. Идите, поддержите их морально. Да и парашюты пора готовить – и свои и ребят этих. Через час с небольшим подадут борт. Сами инструкцию перечитайте, чтобы ничего не напутать. Все должны приземлиться живыми и здоровыми. Задача ясна?
– Так точно, Атаман.
– Ну вот и отлично. Идите, там вас уже ждут. А мы с генералом остальных экскурсантов пока дождёмся.
***
Инструкторы ВДВ на лётном поле, неподалёку от огромного, поверенного временем ИЛ76МД построили украинскую сотню в каком-то своём, только им понятном порядке. Но не всех. Двоих к полётам вообще не допустили. Их отправили назад, в кубанскую станицу на общественном транспорте, причём, с сопровождением, дабы нигде по дороге раньше времени не сошли. Похоже, забракованные были несказанно рады такому повороту событий. Ещё бы! Им выпадет счастье второй раз проехать по новому Крымскому мосту. Захватывающее зрелище, надо признаться! А вот оставшимся девяносто шести человекам предстояло-таки, преодолев себя, подняться в небо и совершить самый обычный учебный прыжок. Кто-то, действительно боялся такого шага, после которого не ощутишь привычной твёрдости земли, но были и другие, у кого сбывалась мечта всей его жизни – поговорить с небом один на один под белым куполом парашюта.
Оставалось догадываться для чего командование авиачасти приняло такое решение. Возможно, для того, чтобы посещение Крыма, Севастопольского Бельбека стало ярким, незабываемым событием в жизни украинских военных. Им приходилось доверять свои жизни российским военным, и это при том, что зРАДА в Киеве додумалась на официальном уровне объявить Россию агрессором.
К моменту построения сотни на лётном поле, Атаман Запорожского Казачьего войска уже поднимался в воздух на знаменитом «Крокодиле». Ему предстояло со стороны наблюдать картину выброса десанта. Несмотря на определённый риск, в любом случае, такой урок для спецназовцев был полезен. Ибо не так много самолётов осталось у армии Украины, чтобы поднимать их в воздух ради обучения своих же военнослужащих. Дорогое это удовольствие, да и развалиться могут «старички» раньше времени. Пусть уж лучше стоят себе на лётном поле целые и невредимые… По этой причине только треть из сотни не рядовых солдат, а спецназовцев, имели опыт в таком рядовом деле, как прыжки с парашютом.
Неясным оставалось только место приземления сотни. Об этом почему-то умалчивалось. Но раз двоих забракованных к полётам отправляют обратно на Кубань, логика подсказывала, что из самолёта остальных вытряхнут там, где до станицы, где их добрыми пирогами и добрым вином встречали, рукой подать будет.
Майор уже в который раз пересчитывал спецназовцев, одетых в зимний камуфляж, с надетыми и пристёгнутыми основным и дополнительным парашютами Д10. Зимнюю, очень даже удобную форму российских военных и парашюты после приземления предстояло сдать сопровождавшим десантникам, которые вместе с группой по легенде совершают «совместные учения». А те личные вещи, которые пришлось снять с себя, на эту минуту уже были упакованы в контейнер, который тоже предстояло сбросить с самолёта.
Наконец последовала команда погружаться на борт. Инструкторы, не церемонясь, на входе в самолёт ещё раз проверяли что да как пристёгнуто спереди и сзади, привязан ли вытяжной парашют к вытяжному фалу и давали направление продвижения по салону, представляющему из себя длинные ряды сидений. Детинушка заходил одним из первых, но по правилам жанра, оказался в самом конце салона. Верзилушка занял место где-то посередине салона. Его соседом оказался Солдатушка, который на время путешествия выпал из поля зрения, потому как вел в дороге себя очень благоразумно, нигде не высвечивая своё присутствие. Но вот что касается неба, он как раз и был в списке тех, кто прыгает с парашютом впервые. Верзилушка догадался, что Солдатушку и ещё пару ребят из их сотни поставили впереди специально, чтобы если что, он смог помочь новичку прыгнуть.
Не только посадка бывает мягкой, которую желают взлетающему судну, но взлёты тоже бывают особенно мягкие. Именно так набирал высоту их «Илья Муромец», несший в своём чреве около полутора сотен сынов земли русской, в былинах и поэмах воспетой.
(Продолжение следует)