Теперь я видел ее воочию. Знакомые изогнутые линии бровей и надменно сжатые губы. Без сомнений: перед мной стояла ясновельможная пани - Марина Мнишек.Здесь, в этой жизни она конечно была под другой фамилией, однако имя оставила старым. Неожиданно для себя, а тем более для нее, я спросил на польском языке:
- Компликации?
- Что вы знаете о сложностях - перешла она на русский
- Знаю. Мы ведь были с вами знакомы в одном воплощении в 1611 году.
- Вы Юрий, сын... - Марина замешкалась, запнулась.
- Служанки, - подсказал ей я.
- Как ты подрос! Я тебя, там тогда помню мальчиком-дикарем. Мне было искренне жаль, когда тебя, пацана пороли розгами. Но пойми, в то время по другому было нельзя.
Марина бесцеремонно разглядывала меня с ног до головы.Что бы прекратить этот взгляд я сказал
- За тобой остался кармический долг. Странно, что через столько лет нас ангелы-хранители свели что бы расквитаться. Я уже думал, что они все это простили.
- Скажи, сколько я тебе должна, я оплачу. Или ты предпочитаешь другой расчет.
Я отмолчался.
- Скажи, верно ли, что мой дом разграблен этими Миниными и Пожарскими? Наверно, беседка и клумбы все разворочены? - с грустью спросила Марина.
- Не знаю - ответил я - мне как это все по барабану было. Меня выпороли по твоему приказу и я чуть не дал дуба. Я ведь, просто любил тебя безответной любовью, и не ждал взаимности.
Марина саркастически усмехнулась:
- Но ведь выжил? Но, между прочим, здесь в этом городе я госпожа, а ты как был слугой, так и остался.
В этот момент прозвучал свист тетивы. Им обоим в эту секунду выключили память прошлых жизней. Не он, не она не знали зачем они встретились. Для друг друга они были загадкой. Щеки Марины запунцовели. Она стояла в дверях, грациозно изогнувшись, чувственные ноздри, вздрагивали. Над диваном, как по мановению волшебной палочки погас свет. Я подошел и крепко обнял ее и чувственно поцеловал.