У Людмилы были великолепные ножки в черных ажурных чулках открытые на половину, атласное платье, оказавшееся-таки белым в крупную черную горошину, было невесомым, при малейшем движении колыхалось ветерком. Лицо самую чуточку уже, чем следует, а губы самую чуточку шире – скучающая холеная барышня была очаровательна, и у меня поневоле зашевелились крамольные мысли.
– Наглец, – сказала она беззлобно. – У тебя все по лицу видно. Или я тебя ухитрилась очаровать?
– А вдруг?
– Это нормально, я так почему-то на многих так действую, карма у меня такая.– Она наклонилась к мне, щекоча подбородок пышными волосами, шумно и бесцеремонно потянула носом воздух. – На работягу с Северстали не похож, не пахнет от тебя ни пропотевшей одеждой, нестиранными носками.
– Ага, – сказал я, вдыхая нежный запах ее духов.
Люда выпрямилась:
– Вид и запах приличного человека, но как это все совместить с твоей ржавой Нексией? Джентльмен из белой полосы перебрался в черную? Однако, глупо думать, что у джентльменов черных полос не выпадает.
– Азм есмъ, – произнес я и весь запунцовел
– А ты засмущался, – рассмеялась она звонко и весело. – Приключения любишь? Может быть, я твое приключение, а может, и нет...
Я развернулся в ее сторону. Чуть подался к ней, пристально смотря ей в глаза, просунул ладони под пальто, обняв тонкую талию, и притянул к себе. Людмила обмякла, не протестуя и не вырываясь, потянулась к моим губам. От нее исходил теплота, от которой наверное должно было таять все вокруг. Она покорно замерла. Прошло несколько минут.
– Кажется, я зря это сделала – сказала она, чуть задыхаясь, и изображая стыдливую невинность. – Но, Целуешься ты хорошо, бережно… Ладно, отпусти меня, я глотну твоей клюквенной дряни. Неужели все таки нельзя поприличней купить?
– Дак ты ведь сама просила клюквенное купить, – сказал я искренне, недоумевая.
- Ох, какой же ты все-таки прямолинейный. Эта была метафора. Ме-та-фо-ра - произнесла она по слогам. Ты слышал такое слово?
- Слышал
– Вот и хорошо, – усмехнулась она, и поправила растрепанную одежду. – А покупать надо было, коньяк или виски. А то с этой дряни и травануться недолго. Ладно, ты на сегодня – мое приключение, если ничего не имеешь против.
У меня в висках застучал молоточек и перехватило дыхание. Давление наверное повысилось - Автоматически отметил я и подумал "Против то я ничего не имею, но как то это против правил"
– Слушай, не пойму я, – сказал я искренне, и обнял ее за плечи. – Этак вдруг…
Люда опустила ресницы, как белогривый ангелочек. - Да уж, – сказала она с непонятной интонацией и посмотрела в сторону. – Я вот намедни дружка своего милого выгнала.
– Мой недоумевающий взгляд - ?
-Пить стал, деньги из кошелька у меня подворовывать стал, а самое главное, подловила, когда он подружку мою - Маришку в углу зажал. А та, и довольная стояла, раскраснелась, глазенками только зыркала, что никто не увидел. В общем, осталась я сейчас без крепкого мужского плеча – но, поверь, как-то и не грущу, некогда грустить, работы много. Только иногда и могу расслабиться. На сегодняшний день, ты мое расслабление и приключение. Согласен?