Знакомству с Арменией, переросшему затем в крепкую и искреннюю дружбу, посвящена статья Евгения Евтушенко «Мысль как эмоция». В ней он приходит к убеждению, что многое в отношении к любому народу зависит от первого знакомства с конкретным человеком.
Человеком, открывшим поэту Евтушенко армянский мир, стал Паруйр Севак: «…мне повезло, что первым армянином, с которым я близко познакомился и подружился, был выдающийся поэт и человек — Паруйр Севак».
Дружба двух поэтов — русского и армянского — сложилась еще в студенческие годы. Они вместе учились в Литературном институте имени А.М. Горького. Паруйр Севак приехал на учебу в Москву в 1951 году. По окончании института он остался там преподавать (1957–1959).
Армянская культура, литература, народ. О них Евтушенко впервые услышал со слов своего однокурсника Паруйра, которого он впоследствии вспоминал с добротой и искренностью: «Армения встречала меня с теплом, в самые трудные моменты жизни… А Паруйр Севак находил отдушину в Москве, когда ему трудно было на родине. У Паруйра совесть была выше многого, и это стало для меня нравственным уроком».
Евтушенко, назвавший поэзию Севака «исповедально обнаженной стихией», перевел несколько его стихотворений. Эти переводы оказались спасительными: они сыграли решающее значение в поддержке армянского поэта, когда на него обрушивались волны критики. В сложные для Севака годы Евгений Евтушенко переводит одну из его ранних поэм «И я про это», ставшую новым словом в армянской поэзии, вызовом общепринятым устоям общества.
По поводу своего перевода поэмы Севака Евгений Евтушенко писал: «Я переводил П. Севака — его большую поэму о любви к замужней женщине, которая в свое время вызвала ханжеское недовольство армянских бюрократов. Но когда в моем переводе ее опубликовали на русском, да еще и в „Новом мире“, они приутихли. У Севака был неистовый гражданский темперамент… Безкожий человек. Все он чувствовал своими незащищенными нервами». Переводя поэму Севака, Евтушенко не отступает ни на шаг от той искренности, которой Севак наградил своего лирического героя. «Но как / ты вышла замуж, / не любя? / Ведь ты его не любишь, / не любила! / Себя одну / ему ты отдала, / и вот / с тобою мучимся / мы оба. / Неопытной девчонкою была? / Но ведь в любви / совсем не нужен опыт. / Не раздает нам жизнь / добро и зло / Прости, что я жесток сейчас, родная…/»
Познакомившись с Арменией в начале 1950-х, впервые Евгений Александрович увидит ее в 1957 году. В Армению он приехал по случаю смерти Аветика Исаакяна. «Это было похоже на траурный праздник победы поэзии над смертью. Из разных городов и сел Армении шли десятки тысяч людей, чтобы отдать дань любви великому Варпету», — вспоминал Евтушенко тот день, в который перед ним предстала «душа армянского народа в его исторической трагедийной разбросанности по всему земному шару и в то же время с неутраченной, а может быть, еще более обострившейся жаждой единства».
Использованная литература:
1. Евгений Евтушенко. Мысль как эмоция ǁ nashasreda.ru.
2. Айрян З. Искусство поэтического перевода в творчестве русских поэтов II половины XX – начала XXI века (на примере армянской поэзии). — Ереван : GSM STUDIO, 2012.