Княжеский Дружинник: Чудны́е места
- Горыныч, ты дома? - княжеский Дружинник спрятался за камнем у входа в пещеру, - Разговор есть!
В ответ из пещеры дунуло огнём.
- Кто там? - спросил Горыныч, когда пламя погасло, - Вызовы на битву принимаются с двух до пяти.
- Ещё не хватало! - фыркнул Дружинник, отряхиваясь от пыли, - Было бы с кем сражаться!
Из пещеры показалась одна голова Горыныча.
- Ладислав? - обрадовалась она, - А я-то думаю, кто там блеет? А это ты! Не обжёг?
- Чем? Твоим пламенем даже яичницу не поджарить!
- Откуда тебе знать? Опять, поди, за камнем от огня прятался?
- Не льсти себе, - улыбнулся Дружинник, - От свечи и то жара больше.
- А что ж тогда в пыли весь? - прищурилась голова Горыныча, - Чего на земле-то лежал?
- Букашку увидел, думал, ты ползёшь. Настолько мелкая, что пришлось на землю лечь, чтобы убедиться, что это не ты.
Горыныч расхохотался и вылез весь из пещеры.
- Насмешил, - он сел на землю, загородив собой вход, - Ну, рассказывай, зачем пришёл? Разнюхиваешь чего али в гости?
- С новостями, - ответил Дружинник, вынимая трубку, - Плохими для тебя, к сожалению.
- Что случилось?
- Храм у нас строить собираются. Да священников пришлют с десяток.
- Как? - ахнул Горыныч, - Зачем?
- Места у нас, говорят, чудные, - сказал Дружинник, - Люди, мол, пропадают бесследно.
- И что делать собираются?
- Молиться, что ж ещё. Да освятят всё, конечно.
Горыныч по очереди почесал лбы у всех голов.
- Дела, - протянул он, - А что, много кто пропал?
- Не очень, но всё же, - Дружинник вынул из кармана лист бумаги, - Вот, сапожник местный, дочь булочника, сын пастуха, какой-то рыцарь иноземный, купец, два барина. И никто, понимаешь, ничего не видел и не слышал.
- Я тоже ничего не слышал, - сказал Горыныч, - Ни про кого из них.
- Да я же и не спрашиваю о них, пропали и пропали, что уж теперь. Я же просто новостью поделиться пришёл.
- И когда всё начнётся?
- Скоро, - вздохнул Дружинник, - Как набегут, как начнут - закачаемся. Говорят, они даже коров святой водой побрызгать хотят. Слухи, конечно, но кто их знает?
- Коровок? - забеспокоился Горыныч, - А их-то зачем?
- А я почём знаю? Говорю лишь, что слышал. Ладно, Горыныч, пойду я дальше, остальным расскажу.
Княжеский Дружинник помахал рукой, повернулся и пошёл прочь.
- Погоди, - крикнул Горыныч, - А что, совсем никак не передумают?
Ладислав, не поворачиваясь, довольно улыбнулся.
- Передумали бы, коли б пропавшие нашлись, - ответил он, - Да только где их искать?
- Может я слышал что-нибудь.
- Про кого? - Дружинник развернулся и зашагал обратно, на ходу доставая бумагу и карандаш, - Что именно?
- Сапожника Леший по лесу водит, - прошептал Горыныч, оглядываясь по сторонам, - Тот пятый день там блуждает, выйти не может.
- По лесу. Что ещё?
- Дочь булочника и сын пастуха вместе ушли. Сами ушли.
- Голубки, - проворчал Дружинник, - Ещё?
Горыныч кивнул.
- Купец у Бабы-Яги в печи.
- Готовится?
- Перевоспитывается.
- Значит, отпустит, - Дружинник сделал для себя пометку на бумаге, - А что насчёт баринов и рыцаря?
- Про баринов не слыхал ничего, - ответил Горыныч, - Честное слово! А рыцарь… Точно не знаю, но сегодня я как раз видел одного, который в сторону села шёл.
- Да ты что? И когда это было?
- Совсем недавно.
- Значит, к вечеру вернётся? - уточнил Дружинник, - Точно?
- Куда ж ему деваться, - проворчал Горыныч, - Вернётся, не заблудится.
- Это хорошо. Раз возвращается, значит, не пропал. Выходит места у нас вовсе не чудные и храм тут строить незачем. Тогда и коровок никто святой брызгать не станет.