Эта история произошла в конце 80-х годов прошлого века. Мы жили в небольшом городском поселке, недалеко от Минска. Времена были другие. Дети не сидели возле компьютеров, а гуляли на улице.
Возле нашего барака недалеко, метров 300–400, находилось православное кладбище. Оно было старое. Первые захоронения, наверное, принадлежали к XVIII веку, но в то время там еще хоронили. Сразу за кладбищем начинался лес.
Надо ли говорить, что излюбленным местом наших детских игр были лес и кладбище. Мертвых мы не боялись, живых — тем более. Родители работали, им было некогда нас «караулить». Наша «банда» свободно гуляла между могил в развалинах старой часовни. Мы носились по лесу, играли в «войну», собирали грибы и ягоды.
Начало сентября 1987 года, 3 часа дня. Мы с подружкой идем из школы. Кому пришла в голову идея пойти в лес за грибами, сейчас уже не помню. Но, придя домой и наскоро перекусив, мы взяли ведра, ножи и бодро «рванули» собирать подосиновики.
Сосновый бор, где были основные грибные места, находился в километрах пяти. Пока дошли, пока нарезали по полному ведру грибов, начало смеркаться. В лесу мы чувствовали себя как дома, поэтому взяли ведра и не торопясь потопали через лес в направлении дома. Места те мы знали хорошо, и где свернули не в ту сторону, ума не приложу.
А теперь представьте. Две десятилетние девочки идут через лес, уже совсем стемнело, и они очень устали. Нет, паники не было. Просто мы не могли понять, как можно идти несколько часов и не выйти к жилью. К тому же становилось холодно, а на нас были только легкие курточки.
Неожиданно впереди мелькнуло светлое пятно. Мы с подружкой остановились. Пятно медленно приближалось к нам. На тропинку вышла молодая женщина в светлом платье. Помню, у нее были длинные темные волосы и большая родинка на левой щеке.
— Девочки, а что вы здесь делаете ночью? — спросила женщина.
— Мы немножко заблудились и не можем найти дорогу домой, — ответила я.
— А где вы живете?
— На Советской улице, возле кладбища.
— О, так тут осталось пройти совсем немного.
Женщина взяла нас за руки и быстро повела по лесу. Через пять минут мы вышли на знакомую дорогу, а еще через десять заметили впереди огни домов. Недалеко возле кладбища женщина остановилась и сказала: «Ну всё, пришли, сейчас вы уже не заблудитесь, а мне тоже пора домой».
Она свернула на тропинку, ведущую через овраг к могилам. А мы с подружкой радостно побежали к дому. Помню, я еще подумала: «Наверное, она живет в какой-то деревне, в которую дорога ведет через кладбище».
Следующий день был выходным. Делать было нечего, и мы компанией пошли играть в старую часовню. Недалеко, возле довольно свежей могилы, стояли люди. Когда они ушли, мы подошли посмотреть, кого там похоронили. Памятника не было, а возле венков стояли две большие фотографии. На одной была запечатлена девочка нашего возраста, а на другой — женщина в светлом платье и с большой родинкой на левой щеке. Мне стало не по себе. Посмотрев на подружку, я увидела ужас в её глазах. «Света, посмотри, они умерли сорок дней назад» — прошептала она. Отойдя от могилы, мы тихонько пошли домой.
Вечером рассказали эту историю моей бабушке. «Надо поблагодарить, отнесите к ней на могилку цветы», — сказала та. Назавтра бабушка вместе с нами сходила на кладбище. Мы положили на могилу астры и сказали спасибо. Женщину звали Анна, а дочку её — Наташа. Бабушка, оказывается, их знала и рассказала, что погибли они в автомобильной аварии.
Я не верю в экстрасенсов, магию и во всякую чертовщину. А теперь объясните мне — как? Как мог умерший человек гулять по лесу, разговаривать, держать нас за руки. И руки у неё были теплые…
Все, рассказанное в этой истории, — чистая правда.
Светлана Николаевна, г. Логойск, Минская обл.
Подписывайтесь на канал, если понравилась история!