Портрет Дмитрия Философова. Здесь нельзя написать «кисти Бакста», потому что это пастель. Мелков Бакста. 1897 год. На портрете Диме 25 лет. Кросавчег, правда? Во всех мемуарах о нем в первых строчках написано, какой это был прекрасный красавец. И только потом, что он еще был язвительный, хладнокровный, аристократичный интеллектуал. Дориан Грей. Ну, потом еще обычно вспоминают, что он что-то такое писал и редактировал.
Итак, Дмитрий Владимирович Философов (1872-1940), Дима.
Кстати, тогда Дмитриев в основном Митями звали, так что Дима — это уже необычно.
Его мама, Анна Павловна, была родной сестрой папы Дягилева, женой главного военного прокурора, и по совместительству — лидером женского движения, организатором Бестужевских курсов и благотворительных обществ. Дружила с Достоевским и многими другими писателями-художниками. Очень удивилась, когда обнаружила, что у нее прямо дома завелись декаденты в лице младшего сына Димы и племянника Сережи.
Философов заведовал в «Мире искусства» литературным разделом и водил в редакцию всяких писателей. Ну, и в конце концов у них прямо в редакции завелись Дмитрий Мережковский и Зинаида Гиппиус. Гиппиус очень нравился Философов, и она решила, что его надо срочно спасти от этого ужасного Дягилева и организовать тройственный союз из себя и двух Дмитриев. Срочно не получилось, но в итоге все-таки Философов прожил с ними 15 лет, потом, правда, свалил, потому что достали. А Гиппиус так по нему и страдала потихоньку до конца жизни.
Философов не очень хотел, чтобы его личную жизнь обсуждали и все такое, поэтому перед смертью сжег дневники и письма, которые у него были. Мы постараемся не очень туда лезть, но все-таки, Дима, заранее сорян.
Чтобы не пропустить новые публикации, подписывайтесь на канал.