Представьте, что у вас на работе появился новый руководитель отдела. Взяли его не просто так: вышестоящие начальники уверены, что он приведет компанию к успеху. Руководитель тут же принимается ломать устоявшиеся порядки и предлагает новые методы работы. Подчиненные противятся: они не верят в нововведения и хотят вернуться к проверенным схемам. Коллективом руководит очевидное нежелание менять привычный порядок вещей, но не только — сотрудники могут оказаться жертвой «эффекта неоднозначности», когда на принятие решений влияет то, что вероятность успеха неизвестна. Об этом когнитивном искажении — в нашем новом блоге.
Вся поведенческая экономика (а значит, и изучение когнитивных искажений в рамках теории принятия решений) крутится вокруг утверждения, согласно которому человек — существо иррациональное (за исследования, активно выступающие в пользу этой идеи, в 2017 году была вручена Нобелевская премия по экономике). Говоря проще, человек, принимая решения (будь то рыночные или из частно-бытовой сферы), не всегда руководствуется строго рациональными соображениями. Обычно его выбор зависит от огромного числа сторонних факторов, большинство из которых — внутренние (например, настроение). Эти факторы слабо описываются в рамках устоявшихся формальных моделей поведения.
Недостаток рациональности, на который все время обращают внимание специалисты в области поведенческой экономики, однако, не означает, что любое принимаемое людьми решение никак не поддается логическому объяснению. Принимая решение, человек в первую очередь руководствуется выгодой — то есть исход для него должен быть положительным, и это достаточно эффективная стратегия для каждого отдельного человека.
Разумеется, для самого принимающего решение ни о какой иррациональности речи не идет — в попытке максимизировать полезность человек, как ему кажется, делает выбор взвешенно и обдуманно, то есть рационально. Большинство когнитивных искажений возникают именно здесь: то, что человек считает рациональным, и то, что в его ситуации действительно было бы рациональным выбором, сходятся не всегда. Один из самых ярких примеров такого искажения — «эффект неоднозначности», временами заставляющий людей принимать объективно иррациональные решения лишь потому, что более рациональный выбор для них оказывается «закрыт» из-за недостатка информации.
Иногда его еще называют «парадоксом Эллсберга» — в честь психолога Дэниела Эллсберга (Daniel Ellsberg), впервые описавшего этот эффект в 1961 году. Эллсберг поставил эксперимент, в ходе которого участникам предлагали определить цвет мячика, доставаемого из урны.
Добровольцам могли выбрать между двумя урнами, содержавшими по сотне мячиков красного и черного цвета: в первой урне количество мячиков разных цветов было равным (по 50 мячиков черного и красного цвета), а во втором — неопределенным. Участникам предлагали выбрать урну и угадать цвет мячика: в случае, если участник правильно угадывал цвет, он получал денежное вознаграждение, в противном случае не получал ничего (но ничего и не терял).
Особенность задачи состояла в том, что во второй урне мячиков нужного цвета (скажем, черного) могло оказаться сколько угодно: например, они все могли быть черными (в таком случае вероятность выигрыша возрастала с 0,5 до 1) или их могло быть всего два (соответственно, и вероятность выигрыша снижалась до 0,02). Участники, однако, не знали, что их ждет: для них количество мячиков определенного цвета во второй урне было неизвестным, то есть ситуация оказалась неоднозначной. Именно поэтому большинство участников выбирали первую урну — ту, для которой вероятность успеха была известной.
Многие исследователи отмечали, что неоднозначность для человека в подобной ситуации равноценна риску. В каком-то смысле это действительно так, потому что в неоднозначной ситуации невозможно рассчитать вероятность успеха — в худшем случае она может равняться нулю. Поэтому принять решение в пользу неоднозначного выбора значит пойти на риск получения нулевого успеха.
Эллсберг с ними не согласился: для него неоднозначность и риск — понятия разные именно потому, что первое исключает известную вероятность положительного исхода события, тогда как второе подразумевает, что вероятность положительного исхода известна, просто она невелика. Иными словами, по Эллсбергу, риск предполагает определенность и сам по себе никак не препятствует тому, чтобы человек принял решение, рисковать ему или нет.
Именно поэтому принятие решений в условиях риска и неоднозначности — вещи разные, а существование «эффекта неоднозначности» обычно объясняют тем, что люди стремятся избегать действий в условиях неполноты информации. При этом недостающую информацию можно попытаться добыть: скажем, в эксперименте с шариками — спросить, каково соотношение красных и черных во второй урне. В случае, если информация оказывается недоступна, опция отвергается как потенциально неуспешная.