Читайте Часть 1, Часть 2, Часть 3, Часть 4, Часть 5 повести "Чудо Ратушной площади" в нашем журнале.
Автор: Елена Савельева
6
Печенье для Зиба
А у вас такое бывает?! На кровати валяется уже почти весь гардероб: три любимые кофты, белые джинсы, синяя юбка, синее платье, красная юбка, серые брюки – а что надеть – не решила! В отчаянии смотрю на часы: без пятнадцати три. Уже надо не выходить, а бежать, сломя голову! Всё, терпение кончилось, время тоже. Решительно беру мамино черное пальто – изысканное, длинное, самое то! Главное, не запачкать. Впрочем, кажется, за день на улице подсохло…
Как мы ни торопились, Рябинин уже нас ждал. Поэтому романтичной встречи: «Ах, а мы тебя не заметили!» не получилось. Мурка издалека узнала Сашу, запрыгала от радости и потащила меня к нему совсем неромантично и неизящно.
- Привет! – сказал Рябинин то ли мне, то ли собаке.
- Она же сейчас тебя лапами тебя перепачкает, - немного злюсь, что с псиной Саша общается больше, чем со мной.
- Так это «собачья» одежда, - беспечно улыбается Рябинин. – Я ее всегда на прогулки надевал, когда с Джессикой шел.
- Это… кто? Собака твоя? – я почему-то даже представить не могла, что у Саши может быть четвероногий питомец.
- Это была наша старая-старая колли, - в голосе Рябинина появилась печаль. – Рыжая, как лесной костер! Крупная, выше стандарта. Но лаяла так пискляво и громко, что нас узнавали издалека… Ее теперь нет, а прогулочная одежда осталась.
- Она что… умерла?.. – мне вдруг стало так грустно, что я чуть не заревела.
- Умерла, - отвернулся Рябинин и стал гладить Мурку, счастливо заглядывающую ему в глаза.
- Пойдем! Что тут стоять, - потянул Саша Мурку за поводок, и мы все вместе пошлепали по изрезанному лужами скверу. Саша дрессировал Мурку и грозился научить ее мурлыкать, если она не будет правильно ходить рядом, как служебная собака. Мурка делала такую умильную морду и такие искренне-наивные глаза, что я хохотала и совсем забыла о страхах и комплексах. Мы дурили, кидали палку, потом вспомнили Мурку из «Простоквашино» и мычали собаке как корове. Уже два круга прошли по скверу, а гулять хотелось еще больше!..
Саша кинул палку и чуть не угодил в старичка, неожиданно оказавшегося за елями, посаженными с краю сквера.
- Извините! – Крикнул Рябинин и побежал за палкой.
Он обогнул старичка, поднял измочаленную собакой палку и… остановился. Мурка, обрадовавшись удаче, подскочила к Саше и выхватила палку, но он даже не обратил внимания. Догоняю их и… это же наш физик!
- Здравствуйте! – автоматически сказала я.
А физик посмотрел на меня каким-то удивительно отрешенным взглядом и пошел по кругу, огибая полянку вокруг елей. Дошел до нас вновь, потоптался на месте и растерянно пошел по кругу в обратную сторону.
Мы с Сашей переглянулись: с физиком явно было что-то не то.
- Гордей Николаевич! – окликнул его Рябинин. – Вам чем-то помочь?
Учитель посмотрел на нас внимательным и в то же время непонимающим взглядом. На минуту мне показалось, что я елка, которая вдруг вообразила себя девочкой и вздумала разговаривать.
- Деточки, - мягко прошамкал физик. – Деточки, вы не знаете, где выход из этого леса?
Мы обомлели. Сквер, конечно, немаленький. Но принять его за лес?! Я уже хотела напомнить физику, что это всего лишь небольшой участок в городе, но Саша опередил меня.
- Конечно, мы знаем. И выведем вас на дорогу, - буднично сказал Саша.
Я открыла рот, чтобы спросить, куда это Рябинин собрался направиться, но Саша жестом остановил меня.
- Пойдемте, пойдемте, здесь недалеко, - успокаивающе заверил он учителя. – А вы живете где-то рядом?
Рябинин взял под руку физика и пошел с ним так привычно и уверенно, словно мы, и правда, были в лесу, откуда Саша уже не первый раз выводил людей.
- Живу, - вздохнул Гордей Николаевич. – Живу где-то рядом, да что-то не могу найти дорогу. Вот если бы внучку мою встретить…
- Внучку? Очень хорошо, - улыбнулся Саша. – У вас же есть ее телефон? И вообще телефон?..
Окончание фразы получилось у Рябинина неуверенным, но физик спокойно достал старенький телефончик и протянул нам. Саша, чуть наморщив лоб, стал быстро просматривать контакты.
- Тут две внучки! – заметил он. – Маша и Даша. Какой лучше звонить?..
Но физик вновь погрузился в странное созерцание елей и не отвечал.
Рябинин покосился на меня:
- Ладно, пойдем по алфавиту: Даша, - и нажал кнопку набора номера.
Через минуту по выражению Сашиного лица стало ясно, абонент вступать в переговоры не желает.
- На очереди Маша, - подмигнул мне Рябинин и начал звонить второй внучке. И та, на наше счастье, ответила. Саша объяснил, где мы и почему, потом несколько раз сказал «да», «хорошо», «понял» и положил трубку.
- Ну?.. – не выдержала я.
- Улица Тургенева, тридцать три. Внучка нас встретит, - победно заявил Саша и обернулся к физику. – Пора покинуть этот лес!
Мы вышли из сквера и кратчайшей дорогой повели Гордея Николаевича. Но путь оказался долгим, потому что наш старый учитель шел медленно и ежеминутно оглядывал улицу.
- Деточки, - мы держим верный путь? – продолжал он сомневаться.
Мы заверяли, что – да, а Мурка настойчиво лаяла.
- А вы знаете, - вдруг оживился Гордей Николаевич, - ведь у академика Благонравова такого же окраса собака была. Это я про Зиба говорю.
- Зиба?.. – мы с Сашей разинули рты.- А кто это – Зиба?..
- Зиб – это Замена Исчезнувшего Бобика, - хитро улыбнулся физик. – Неужели не слыхали? Легендарный пес, совершенно случайно попавший на эксперименты по космическим полетам. Хитрющий был товарищ! Я в юности любил Зиба тайком со стола печеньем подкормить. Он уж пожилой совсем был, песик этот. А всё смешной!.. Космонавтом не стал, зато в любви до старости прожил
Гордей Николаевич засмеялся, и как-то враз, в один миг, помолодел и выпрямился. Мы с удивлением смотрели на него, казавшегося еще пять минут назад таким тщедушным. И только сейчас – впервые за почти два года уроков! – заметили, как интеллигентно выглядит наш учитель. А физик просветлел лицом, и взгляд стал мудрыми и внимательным.
- Оля, Александр, вы что тут делаете?..
От растерянности в моей голове спутались все слова, но Саша опять выручил ситуацию:
- Так мы вас случайно встретили, Гордей Николаевич. И решили вас проводить. А вы нам про Зиба рассказывали и про Благонравова хотели. Какая у него фамилия необычная, он не священник?..
На самом деле мы уже дошли до улицы Тургенева и даже досчитали до тридцать третьего дома. Но что делать дальше, пока не решили.
- Саша, не знать Анатолия Аркадьевича, прекрасного ученого-физика, так много вложившего в дело развития космоса и ракетостроения!.. – по-отечески укорил учитель Рябинина. – Ведь он стоял у истоков нашей науки. И мне фантастически повезло, что в молодости я мог с ним общаться.
- А вы что… Строили космические ракеты?.. – влезла я в беседу.
Но узнать ответ мне не удалось. Из-за соседнего дома выбежала высокая, крупная женщина в годах, налетела на маленького сухонького физика и чуть не закружила его на руках.
- Дедушка, - трубным голосом возвещала она. – Как же ты не выпил лекарство!
Крупнокалиберная, как космическая ракета, внучка Маша прижимала к себе потерявшегося в объятьях старичка и чуть не плакала.
- Ребята, спасибо, спасибо вам! – повернулась она к нам. – Я бы, наверное, с ума сошла, если бы не вы. Ведь это я забыла утром напомнить дедушке, что надо выпить лекарство. Пойдемте, пойдемте же скорее пить чай!..
Мы пытались отказаться, но силы внучки существенно превосходили наши возможности. И уже через минуту, увлеченные вихрем родственной любви, мы все, включая взбудораженную внезапным приключением Мурку, оказались в небольшой квартире. Посреди гостиной, уставленной старой мебелью и украшенной золотистыми шторами, стоял круглый стол, за который нас тут же усадили. И не успели мы сказать и слова, как перед нами оказались чашки, чайник и вазочки с печеньем. А внучка, поправляя нежнейшего голубого цвета широкие рукава блузки, беспрестанно подкладывала нам в тарелки новые угощения.
- Это вы таким печеньем кормили собаку Благонравова? – шутливо спросил Рябинин.
- Ну что ты, что ты, - в тон ему ответил физик. – Кто же таким собаку академика кормит! Для Зиба всегда находилось домашнее, рассыпчатое.
- Дедушка, не позорь же меня! – покраснела как школьница внучка Маша. – Я пекла, пекла в выходные!
И, покачав головой, женщина убежала подогревать чайник на кухню, белоснежные двери которой выходили прямо в комнату.
Мы грызли печенье, которое, кстати, оказалось очень вкусным, и шутили про воспитание собак и внучек. Дверь в комнату распахнулась и резко Маша вбежала, но уже в ярко-зеленом платье.
- Дедушка! – всплеснула она руками. – Я тебя везде ищу!
И, внимательно посмотрев на нас, добавила:
- А это кто такие?
Я тихо косилась на Сашу и потихоньку подтягивала к себе поводок: кажется, это у них семейное. Рябинин переводил взгляд с «ярко-зеленой» внучки на невозмутимого физика и морщил лоб.
- Не пугай моих гостей, дорогая, - Гордей Николаевич взял из вазочки печенье и вручил его завилявшей хвостом Мурке. – Ребята мне очень помогли, и я им безмерно благодарен.
- Вот как?.. – недоверчиво прищурилась женщина. – Ну-ка, расскажите мне подробнее.
- Душа моя, не мучай же детей! – сказал кто-то позади нас.
Мы обернулись на голос и... В дверях кухни стояла Маша-первая, в голубой нарядной блузке.
Я чуть не подавилась печеньем!.. Вот вам еще один фокус!
- А-а-а-а-а, близнецы, - покивал сам себе Рябинин. – Даша и Маша!
- Конечно! – кивнули женщины.
И хором добавили:
- И дедушка наш любимый!
Затем они посмотрели на меня, засмеялись и, взяв за руки, утянули в кухню. Дали в руки зеркало: ужас! Пока я кашляла печеньем, вся тушь, которой так щедро были накрашены ресницы перед прогулкой, размазалась вокруг глаз.
- Тихо, тихо! – заговорщицки приложила палец к губам «голубая» внучка. – Вот тебе зеркало, вот кран, а вот полотенце. И никому ни слова!
Что же, придется теперь и мне, видимо, сменить внешний вид: такой вот сегодня бал-маскарад!.. Я умылась и очень не хотела выходить обратно в комнату, но внучки уверили меня, что я «совсем, ну, ни капельки не изменилась!».
С трепетом шагнула в комнату. А Рябинин с физиком так горячо что-то обсуждали, что даже не заметили моего возвращения! Да что там – я! Мурка скребла лапой по джинсам Саши, выпрашивая ласки и печенья, а тот лишь рассеянно погладил ее по голове.
Я аккуратно села на свое место.
- Эта задача решается и так тоже! – горячился Рябинин.
- Может быть, может быть, - покачивал головой Гордей Николаевич. – Но ты не учел несколько параметров…
Мурка встала передними лапами Рябинину на колени и лизнула в щеку. Саша, словно очнувшись, посмотрел в потемневшее окно и наморщил лоб.
- Нам, наверное, пора, - вздохнул Рябинин.
- Но обсуждение решения мы обязательно продолжим в следующий раз, - физик поднял ко лбу указательный палец.
- Конечно! – обрадованно кивнул Саша.
И мы пошли собираться.
Пока одевались, внучки Даша и Маша быстрым шепотом рассказывали, что Гордей Николаевич долгое время работал в отрасли космического кораблестроения. Потом на испытаниях нового двигателя случилась авария, после которой здоровье уже не позволило ему заниматься любимым делом в полной мере. Но так как без физики дедушка не мог, то заочно закончил пединститут. И с тех пор преподает в школе, чем гордится не меньше, чем космической отраслью: верит, что среди его учеников однажды обязательно появится великий ученый.
Стоило нам выйти в подъезд, как внешний мир включился, словно по щелчку. Оказалось, что и у Саши, и у меня полно пропущенных звонков и сообщений из дома. А еще – от Свиридова у Саши, и от Ленки – у меня. Разбираться не было времени, мы дружно отправили: «Скоро буду!» и быстрее побежали по сгустившейся темноте. Как я не отговаривала, Саша нас проводил до самого подъезда.
И вот я стою и смотрю в небо, на котором совсем не видно звезд… Монотонно-черное, без всяких просветов и нежностей луны, оно мне кажется сейчас таким красивым, что я не могу оторваться. Сашины шаги давно погасли в переулке, Мурка нагулялась и понуро сидит у подъездных дверей, а я никак не могу решиться шагнуть в привычную жизнь, закончить этот день чудес. Вдруг так волшебно было только сегодня?.. Нет, нет, не может быть! Ведь были же две эти прекрасные прогулки, и наш старенький Гордей Николаевич, и такой ароматный чай в маленьких чашках на оранжево-солнечной скатерти… Максимально вдыхаю воздух этого дня и открываю дверь.
Продолжение следует...
Нравится повесть? Поблагодарите журнал и Елену Савельеву подарком, указав в комментарии к нему назначение "Для Елены Савельевой".