Ирам
Свет. Это единственное, что она увидела после пробуждения.
В действительности, даже не увидела, а почувствовала.
Закрытые глаза после операции были туго забинтованы. Соседи по палате просыпались, начинался новый день. Ирам привыкла ждать только хорошие новости. За эту особенность многие считали ее странной.
Запах кинзы и спелых томатов…
Дочка соседки по палате принесла гостинцы перед работой.
- Ирам-ханум, угощайтесь…
Соседи и их дети жалели Ирам. К ней никто не приходил уже неделю.
Не то, чтобы некому было прийти, но дочери жили за тысячи километров, а сыновья с утра до ночи работали. Невесткам же было и так непросто справляться с детьми, пока Ирам лежала в больнице. У каждой было по трое мал мала меньше, а Ирам была их основной няней.
- Как они, без меня?
Она привыкла всегда думать о других, и боясь, что ее отсутствие дома в течение месяца, усложнит жизнь всех домочадцев, так долго откладывала операцию. Пока врач, вдвое младше ее старшей дочери, не встретил ее на улице вместе с невесткой.
Врач хоть и был молод, но его суровое наставление возымело действие. Нет, не на Ирам, а на ее невестку. После этого дома был собран семейный совет и, не прошло и двух дней, Ирам отвезли в больницу. А уже через день сделали операцию. Теперь же реабилитация подходила к концу.
Сегодня Ирам предстояло узнать, будет ли она видеть. Ее охватило беспокойство, но не из-за неизвестности результата.
Утренний воздух не был свеж. Солнце уже вышло и из распахнутого окна доносились запахи специй, смешанные с запахом раскаленного асфальта. Странно, но эти запахи напомнили Ирам ночную степь много лет назад.
Продолжение следует.