Страница 173
Концерт на боевых
Вечер прошел относительно спокойно, не считая нескольких ленивых взрывов в духовской зоне да обязательных одиночных выстрелов часовых, которые, таким образом, сообщали, что у них все в порядке.
Но когда стало совсем темно, и Карасик стал ложиться спать, послышался гул, который нарастал с каждой секундой.
Шла эскадрилья самолетов. Вскоре стал свист падающих бомб. Карасик поднялся на гребень, где был открыт окоп наблюдателя, и хорошо просматривалась «зеленка».
Один за другим стали вспыхивать осветительные ракеты, которые медленно опускались, и в тоже время послышался вой реактивных снарядов. Такой красоты Карасик еще не видел. В свете осветительных ракет местность казалась праздничнофантастической. А когда стали появляться первые вспышки и подниматься разноцветный дым, создалось ощущение, что это происходит не на земле, а в каком-то фантастическом фильме.
Но постепенно ракеты гасли, а от разрывов вверх поднималось одно сплошное клубящее облако, настроение быстро переменилось. Карасик потрепал Альфу и направился в сторону своего БТРа. Солдаты разожгли небольшой костер и грелись возле него. Карасик приказал немедленно потушить костер.
- Но товарищ старший лейтенант, - возмутились они, - какая там к черту маскировка, если вокруг вон как полыхает.
- Все равно не положено, оперативный дежурный проверит, не поздоровиться.
- Не поздоровиться, - возразили они, - наша Альфа никого посторонних не допускает, а из далека его не видно, мы со всех сторон обложились щитами.
- Пожевать бы чего-нибудь, - Карасик подсел поближе к костру.
- Это мы мигом, - Токадзе сорвался с места. Все восприняли это как негласное разрешение на костер...
После поздравления с Днем Советской Армии и Военно-морского флота, Карасик принял сообщение по радиостанции, чтобы с двумя, особо отличившимися солдатами прибыл на командный пункт полка, где планировался показ художественной самодеятельности. Карасик сообщил это взводу, и разгорелись буйные дебаты, кто же отправится на концерт. Дело дошло чуть ли не до драки и Карасик пожалел, что поставил этот вопрос, поэтому он быстро его снял и назначил двоих человек. Больше всего обрадовался замком взвода, потому что решили, что его Карасик, естественно оставит тут за себя.
Немного в стороне от командного пункта на большой поляне в форме большой чаши стали собираться с позиций офицеры, солдаты и сержанты. Карасик долго жал руку Валерке Зубареву, интересуясь, как у него дела
- Все нормально, братан, вот приготовил пару песен: одну из собственного сочинения, а вторая.
- Александра Розенбаума.
- Точно. А как ты догадался?
- Ну, это не представляет труда, ну ладно, пошли, а то уже все вроде разместились, да и командование на подходе.
Подошел командир саперной роты.
- Саня, тебя можно на минутку, разговор есть.
Они отошли в сторону, где их ждал пропагандист полка.
- Я решил оформить на тебя представление на медаль «За отвагу».
- Ну, ты Серега, загнул, да после того как я выложил партбилет, все это пустая затея.
- Не скажи, - вмешался пропагандист, - мне хотелось бы поговорить с вами вот о чем. Как мне кажется, ты начинаешь жалеть о своем проступке, или мягче сказать о вспышке психологической.
- Допустим, но неужели от этого что-то может измениться.
- Может. Я разговаривал по этому поводу с подполковником Крыловым, он с пониманием отнесется к твоему вопросу.