Первые золотистые лучи солнца начали расползаться по стойбищу. Мальк открыл глаза и глубоко вдохнул пыльный воздух пещеры. Начинался новый день. Внизу на поляне уже суетились женщины, нужно было приготовить достаточно хвороста, до возвращения мужчин с охоты. Мальчику еще не минуло и десяти зим, поэтому он, как и его ровесники должен был помогать старшим во всех их делах. В глубине души он лелеял мысль о том, что совсем скоро его ждет обряд посвящения, и он станет настоящим охотником, как его отец и старший брат.
У Малька была своя тайна – самодельный лук, из которого он уже пытался начинать стрелять. По законам племени, это было строго запрещено. Только настоящий охотник имел право добывать дичь, в случае нарушения этого правила, на нарушителя могла пасть страшная кара.
- Долго спишь, Мальк, - веселая Века на миг оторвалась от увязки хвороста, и засмеялась, - Смотри, как станешь охотником, так всю дичь проспишь!
Века была на целых две зимы старше мальчика, и поэтому она принимала полноценное участие в различных работах, наравне со взрослыми женщинами.
Мальк прошел мимо, и направился к Маам. Сегодня ему предстояло месить глину, из которой старшие женщины будут лепить новые горшки. Это была очень сложная работа, под палящим солнцем нужно было час за часом топтаться в яме с вязким месивом, пока глина не станет подходящей плотности.
Старшие постоянно разговаривали, их разговоры обычно были очень скучны, но, судя по всему, молча работать им было неинтересно. Вмешиваться тоже было нельзя, ведь в этом случае можно было легко получить подзатыльник от любой из них.
- Сегодня ночью было мне видение, как черный Лаат вышел из своей мрачной пещеры, и прошел по нашему стойбищу, быть бедам, не к добру такие ночные яви. – краем уха услышал мальчик часть разговора. Он задрал голову к самой высокой пещере, которая мрачным пятном чернела над остальными.
Сколько себя помнил, он слышал много страшных рассказов о Лаате, из черной пещеры. Никто не мог объяснить – кто это, но сомневаться не приходилось, это был кто-то очень страшный, и очень опасный, не зря же всем детям стойбища строго настрого было запрещено подниматься и тревожить его.
Малька разобрало любопытство. – Раз уж Лаат и так спуститься к нам в стойбище, то, может, и я могу подняться к нему, - рассудил он про себя. Но действовать нужно было тайно, ведь вокруг него, как и вокруг всех жителей стойбища витало множество запретов, переступать через которые было нельзя.
Дождавшись ночи, мальчик выскользнул из пещеры, и, стараясь ничем не выдать себя, начал нелегкий подъем. Он хорошо лазил, а кроме того, хорошо ориентировался в темноте, поэтому спустя некоторое время перед ним развернула свою черную пасть страшная пещера. Мальку стало очень не по себе, но отступать он не хотел. Он же не трус, он будущий охотник.
Некоторое время его глаза привыкали к сумраку пещеры, и вскоре он смог разглядеть, что находится внутри. По правде говоря, внутри не было ничего интересного, эта пещера ничем не отличалась от тех, в которых жили его соплеменники.
Мальк уже решил возвращаться назад, как вдруг заметил небольшой коридор, уводящий куда-то в сторону. Взрослый человек там бы не поместился, но мальчику потребовалось совсем немного усилий, и он уже полз по темному коридору.
Коридор вывел его в огромный зал, освещаемый небольшими отверстиями вверху пещеры. Мальк принялся осматриваться, и тут же сжался от ужаса. На него смотрело большое существо, не похожее ни на людей его племени, ни на животного. Мальчик некоторое время стоял в оцепенении, но ничего не происходило, он решился подойти поближе.
- Так вот значит какой Лаат. – произнес он про себя. На стене зала, помимо этого страшилища обнаружилось множество других изображений. В основном это были животные, хотя некоторые довольно причудливо выглядели. На полу, возле стены Мальк нашел кусочек угля. Уголь оставлял за собой длинный черный след. Мальчику захотелось тоже что-нибудь изобразить.
В первом рисунке, только имея большую фантазию, можно было распознать изображение оленя, но захваченный непонятным чувством, мальчик продолжал творить. Это стало его тайной. Каждую ночь он пробирался в пещеру, и создавал новые изображения, со временем они становились все лучше и лучше. Он не рискнул бы привести сюда никого из друзей. Загадочный Лаат стал ему другом, а черная пещера – его тайной.